Книга Саттия. Турнир двух лун, страница 40 – Юлия Макс

– Сатти, сумеречный мир – только мое творение. Уверен, что его больше не существует, как не существует и Темного Бога. Тебе по силам создать свой, если хочешь. Я могу научить тебя.

Я кусала губы. Хорошо, что он не видит моего лица, иначе сразу понял бы, что я что-то скрываю. Не хотелось говорить о том, что его сила постепенно убивает меня.

«Возможно, позже я спрошу обо всем»,– ответила я.

– Я скоро приду за тобой, птичка, – тихо проговорил беловолосый. Это звучало многообещающе, но я разозлилась.

«Зачем? Ты получил, что хотел. Ты свободен. Что еще тебе от меня нужно?»– вспылила я, и в коридоре поднялся морозный ветер.

Аббадон удивленно оглянулся и медленно встал с пола. Глядя на стекло, где исчезала последняя написанная мной фраза, он прошептал:

– Ты нужна мне. Просто нужна.

Я приблизилась почти вплотную и положила руку ему на грудь. В этом была некая игра и безнаказанность, ведь он меня не видел. Но я забыла, что он каким-то образом ощущал присутствие. Первый вампир замер и напрягся, смотря прямо перед собой. Стук его сердца отдавался в мою ладонь, словно пойманная птица. Так близко и так опасно. Ртутные глаза расширились, и он глубоко вдохнул, словно мог учуять меня.

– Птичка, – выдохнул беловолосый. – Я…

Продолжения я не услышала, потому что проснулась оттого, что кто-то тормошил мою тушку.

– Саттия, – мягко трясла подруга. – Ты что, забыла? У нас тренировка.

Я застонала. И правда, совсем не помнила о тренировке. Я расстроилась, что выспаться мне в Академии не светит, а быть может, из-за того, чтодемоница прервала нашу беседу с Аббадоном.

– Сатти? – окликнула Ронарика, пока я умывалась.

– Да?

– Ты снова путешествовала во сне? – обеспокоенно спросила она.

«О великие Боги!» – запричитал Сейгун.

– Да! – крикнула я из ванной комнаты, не став скрывать. И тут пол подо мной закачался, а из носа хлынула кровь. Я упала, словно кто-то ударил меня по коленям. Рухнула и зацепила руками тумбочку для туалетных принадлежностей. Вместе с моим падением раздался дикий грохот, тумба приземлилась мне на плечо, придавив к полу.

– Сатти! – В душевую влетела демоница.

Отпихнула мебель и помогла мне подняться. Повсюду была кровь. Меня замутило. В глазах мелькали радужные круги, душевая кружилась и никак не могла вернуться в спокойное состояние.

«Ронарика, болезнь. Это она так себя проявляет!»– восклицал наставник, добавляя к моей гудящей голове лишние шумы.

– Что с тобой? Пойдем приляжешь! – Голос подруги искрился и дрожал от тревоги. Я кивнула, позволяя увести себя на кровать.

– Это смешение сил? – спросила я, принимая из рук Ронарики мокрое полотенце и прикладывая к переносице. Голова прекратила кружиться, и комната приобрела нормальные очертания.

– Думаю, да. Я тебя спросила о снах, потому что те черные линии, Сатти, – она сочувствующе посмотрела на меня, – они за ночь протянулись по всей твоей спине и даже зашли на бедра. Я увидела, когда ты встала и пошла в душевую.

Я сразу завертелась, пытаясь рассмотреть поясницу. Чернильные линии оплетали тело уже наполовину. Вот почему мне стало резко хуже.

– Но вчера их не было. Вы думаете, что мое присутствие рядом с Темным Богом так мне аукнулось? – ахнула я.

Подруга кивнула, призрачный наставник тоже. Яркие глаза демоницы блестели непролитыми слезами; Рони, как всегда, потрясающе себя контролировала.