Книга Иная Богемия, страница 95 – Юлия Макс

Снова сев на водительское сиденье, Энн вытянула из клатча удостоверение и показала Карлу.

– Если полиция нас остановит, будут проблемы и у вас, и у меня.

Люксембургский запустил руку в карман брюк и извлек тонкий кожаный бумажник. Открыл и протянул ей водительское удостоверение, выданное на имя Карла Люксембургского. Эн скептически подняла брови.

– Настоящее. Дэниэль Фауст поспособствовал.

Энн вспомнила кольцо на руке мэра, очень похожее на то, что носил Фауст. Получается, пан мэр знал тайну энсиа. Размышляя, Кинских направила машину к кладбищу.

Остаток дня до заката стремительно истончался, заставляя Энн нервничать. Вместе с Карлом они обнаружили еще восемь спящих под тонкими земляными насыпями.

Кладбище постепенно заполняли вечерние сумерки. Беспечных прохожих, прогуливающихся по его дорожкам, становилось все меньше. Первые найденные низшие пугали Энн, но после обеда она уже не вздрагивала каждый раз, смотря на мертвенно-серое лицо. Часы показали без трех минут девять, когда Карл дал знак вернуться к склепу за оставленным оружием.

То ли туман, то ли испарение от жаркого дня поднималось среди плюща, холодя кожу. Краем глаза Кинских уловила какое-то движение справа.

– Как меня зовут? – Перед ними показался полный мужчина в грязной старомодной одежде. Бледные глаза уставились на Энн, но, казалось, не видели ее.

– Марк, тебя зовут Марк, – уверенно заговорил с ним Карл, выступая вперед.

Глаза нового знакомого прояснились и, улыбаясь, он продемонстрировал два бледно-молочных клыка. Внутри Энн поднялась горячая волна, заставляя сердце ускорить ритм.

«Убить!» – шептал зверь в сознании, и кожа на руках начала нестерпимо чесаться. Кинских затаила дыхание, стараясь совладать со вторым «я».

Все звуки стихли, на склеп опустился ворон, карканьем словно требуя поторапливаться.

– Анета, это Марк. Марк – это Анета. Познакомьтесь, – быстро представил их друг другу Карл и вошел в склеп.

Марк кивнул, приложив кулак к груди, а Энн изобразила вежливую улыбку и ступила вслед за Карлом.

Он как раз доставал колья из сумки на скамье.

– Могу я оставить одежду в дальней части вашего склепа? – спросила Энн у Марка.

– Я бы попросил вас на кладбище попробовать поохотиться без зверя, – ответил Карл вместо Марка.

Энн собралась возразить, но Карл поднял руку, призывая дослушать:

– Хочу знать, что вы сможете себя защитить, если не успеете или по каким-то причинам не сможете этого сделать.

Энн нервно закусила губу, стараясь справиться с подступившим к горлу обедом. Она молча взяла два древка в руки, слыша, как за стенами склепа кладбище наполняется зловещими шорохами и чужими шагами.

– Начали.

Карл вышел, за ним Марк и Энн. Мертвец шагах в десяти от них уже выбрался из насыпи и, сидя на корточках, скалил длинные клыки. Из его горла раздавалось тихое шипение. Судя по рваной одежде в жирных пятнах и вони испражнений, он тоже был бездомным. Волоски на руках Кинских встали дыбом, словно наэлектризованные.

Люксембургский буквально перетек из одного места в другое, оказавшись рядом с упырем. Тот прыгнул на Карла, выставив вперед почерневшие руки с когтями. Карл увернулся, не позволив себя схватить, а после бросился на низшего, дотянулся до шеи и резко дернул, сворачивая. С глухим хрустом сломались позвонки, мертвец рухнул на землю.