Книга Дахштайн, страница 123 – Юлия Макс

Ночь наступила довольно быстро. Пока не понял, что должен идти вниз, я сидел, уставившись в окно на затянутые туманом вершины и огни домов внизу в долине.

Я, никогда не веривший ни в Бога, ни в Дьявола, с трудом принимал тот факт, что все происходящее – правда. Реальна Лилит, демоница, которая много веков прожила среди людей, и Фер Люций, являющийся хозяином Ада.

Мистер Рот, вампир, непонятно как затесавшийся в штат отеля, но не особо подчиняющийся его владельцам.

Кто тогда я? Безвольная марионетка? Слуга со сверхъестественной силой? Ответа пока не знал, но мне нравилось чувствовать себя другим.

Я осознавал, что творю нечто ужасное, но не мог не делать этого. Какая-то часть меня нашептывала, что все нормально, что так должно быть. Мое состояние нельзя назвать трансом или гипнозом, но пока Лилит приказывала – я с удовольствием исполнял, в то же время противясь подчинению.

Выйдя в коридор, вспомнил, как в первую ночь в отеле, услышал крики и увидел раскуроченную грудь постояльца из номера напротив. Больше мужчина так и не показался, хотя ключей от его двери на ресепшене не было. Подумав, что несколько минут, которые потрачу на расследование, погоды не сделают, я приблизился к номеру.

Толкнул дверь, которая, как и предполагал, была не заперта. В темноте я видел почти так же хорошо, как и при свете, поэтому стал рассматривать номер, казавшийся пустым. Тишина когтистой рукой сдавливала легкие. В помещении, оформленном в духе девятнадцатого века, никто не жил. Я ощутил тонкий запах пыли и старой мебели. Стены, оклеенные обоями с золотистыми вензелями, выглядели гротескно. Кровать, секретер, журнальный столик и шкаф – вся обстановка. Я недоуменно пожал плечами и развернулся к двери. Из глубины комнаты послышалось тихое царапанье. Мой слух улавливал глухое шуршание и поскрипывание. Такой звук бывает, если провести ногтями по бумаге. Я всматривался в угол возле кровати, откуда доносился скребущий шорох. Сделал шаг, другой, и звук усилился. Да, я не испытывал страха, лишь любопытство, но то, что увидели мои глаза, заставило вздрогнуть от неожиданности. Сначала лица. Затем под обоями проступили человеческие тела. Десятки тел. Они толкались во флизелиновую[42]бумагу, словно зародыш в материнскую мембрану. Тела тянули руки ко мне. Казалось, еще мгновение, и они проткнут обои насквозь, получив свободу. Их царапанье нервировало.

Я попятился. Почувствовал запах сигарет. Повернул голову. Мистер Функ, задумчиво смотря на копошащиеся тела в стене, стоял рядом, но словно меня не видел. Его грудная клетка была раскурочена, как у мужчины, которого я встретил в первую ночь здесь. Из груди вился дым. Что за бред? Значит, тогда я видел Функа, просто более молодую версию?

Вернувшись к лифту, вдавил медную кнопку, и двери разъехались, словно пасть огромного железного монстра. В блестящей хромированной кабине слабо светила лампа, будто бы из нее выпили весь свет, как мистер Рот кровь из постояльца третьего номера. На одной из сторон крепилось винтажное зеркало, вызывая легкий диссонанс. Лифт выглядел ультрасовременным, а гладь в отреставрированной оправе слишком старинной. Контраст на контрасте.

Я стоял боком к отражению. Никогда не любил зеркала, но по какой-то причине посмотрел на себя. Я еще менялся. Лицо утратило явную угловатость. Проступили хищные черты: внешний угол глаз приподнялся, зрачки стали больше. На щеках проступили тени, словно меня специально гримировали на роль демона в фильме. Руки налились мускулами, как и торс. Это был я и не я одновременно. Пальцы потянулись к пуговицам на пиджаке, застегивая тот наглухо, чтобы не вызвать недовольство «большого босса».