Книга Когда земли окутает мрак, страница 155 – Яна Вуд

Харпа так увлеклась происходящим, что не заметила, как к ней подобрался особенно наглый и прожорливый хорг. Он укрывался в кустах и неожиданно выпрыгнул сбоку, подмяв девушку под себя, выпустил когти, силясь добраться до горла. Обезображенные ноги Харпы неестественно вывернулись, боль прожгла ее насквозь, изо рта вырвался неистовый крик.

Харпа перехватила уродливые руки, не давая пальцам окончательно сомкнуться у нее на шее. Она была сильна, но хорг тоже попался не из слабых, если среди них вообще водились такие. К тому же рысь-оборотень была ранена.

Хорг почувствовал, что сила на его стороне, и стал наваливаться на Харпу всем своим весом. Злобная перекошенная морда жадно пожирала ее глазами. Из черного рта на Харпу пахнуло смрадом. И так задыхавшаяся, она захрипела и задергалась. Взгляд ее скользнул по земле. Она приметила оброненный сук.

Собравшись с духом, она отняла руку, силясь его нащупать. Хорг изловчился стиснуть ее горло когтями, и в глазах у девушки начало темнеть. Она судорожно открывала рот, тщась вдохнуть, но не могла. Слабеющие пальцы наконец нашли шершавое орудие. Харпа вскинула руку и ударила.

Палка вошла хоргу в шею сбоку. Тот выпучил глаза и задергался. Черная жижа полилась у него изо рта. Харпа попыталась увернуться, чувствуя, что ее и так вот-вот вырвет, но все-таки замарала хоргской кровью и лицо, и рубаху. Неожиданно хорг замер и обмяк. Упершись в его грудь рукой, Харпа свалила его с себя, выдернула палку и, согнувшись пополам, зашлась сиплым лающим кашлем.

Взгляд ее медленно прояснялся. Она ошалело покрутила головой, силясь понять, что произошло, пока она сражалась. Нашла глазами Мара и невольно ахнула.

Упыря окружили все хорги разом. Но Мар не казался загнанным в угол, он безумно улыбался и приглашающе скалился. Хорги взвыли по-звериному и набросились на него.

Упырь тотчас пропал из виду. Скрылся за непроглядной стеной черных тел. Воздух задрожал от дикого рева, визгливых возгласов, предсмертных хрипов. Харпа таращилась на эту шевелящуюся свалку тел, позабыв, что надо дышать. Секунды утекали одна за другой. Свалка двигалась все меньше и меньше, рев и вопли понемногу стихали, пока, наконец, не замерло все.

Харпа подалась вперед, впившись в замершие тела неотрывным взглядом. Сердце колотилось так часто, что она даже не различала стук.

Она много повидала на своем веку, но такое побоище видела впервые. Казалось, здесь сошлись в последнем бою две армии. И невозможно было представить, что армия выступила против одного.

Свалка из тел оставалась недвижной. В носу у бесстрашной воительницы из рысей противно защипало. Взгляд сделался мутным. Харпа в отчаянье закусила губу. «Неужто он погиб, желая спасти меня?» – подумалось ей. В сердце девушки словно ткнули пылающей головней.

Вдруг в телах ей почудилось движение. Словно они оживали, пробуждаясь к жизни, безобразные, пустые мертвецы. Но тут из груды тел вырвалась рука.

Худая, длинная, черная от крови. А следом за ней показалось и тело. Упырь выполз на поверхность, озверело таращась вокруг. Весь мокрый и сколький от крови, точно вывалился из утробы матери. Харпа не смогла сдержать радостный вопль. Упырь замер, блуждающий взор его медленно остановился на ней. Девушка выжидающе уставилась на него в ответ.