Книга В холод, страница 73 – Нелл Уайт-Смит

Я отдала знак уважения и заняла место по другую сторону стола от госпожи Трайнтринн.

— Теперь мне хотелось бы поговорить о вашихстранных суждениях, госпожа Лейнаарр.

Я вскинула на хозяйку дирижабля взгляд, но скоро поняла, что все мои тайные помыслы раскрыты, а потому без препирательств достала из внутреннего кармана жилета металлическую записку господина Трайтлока и положила перед мастерицей на стол.

— Я соврала господину Тройру о бессмысленных пробах воздуха для того, чтобы получить это. Информацию о местонахождении этой вещи мой погибший коллега передал мне способом, доступным только мне. В нем он просил отправиться на поиски этого предмета одной и втайне.

— Что ж, вы выполнили последнюю волю хорошего механоида и хорошего ученого, но прошу вас впредь не рисковать собой даже по таким причинам. И если вы позволите себе что-то подобное еще раз…

— Госпожа Трайнтринн, уверяю вас, я никогда, никогда… — затараторила я, желая оправдаться и заверить в своей преданности, но взгляд мастерицы посерьезнел, и я, почувствовав ее настроение, осеклась и встала, чтобы выслушать меру наказания.

— То есть вы нашли сокровище господина Трайтлока, — откликнулась она на мое волнение. — Что это?

— Доказательство того, что он умер из-за синдрома края мира и… более ни от чего.

— Вы подозревали убийство?

Яне нашлась сразу. Сделанное ею предположение теперь казалось единственным логичным выводом из моих действий. Я пошла в ледяные пустоши, подозревая, что моему коллеге было что прятать там от чужих глаз. Нечто, за что он поплатился жизнью, а значит, я определенно полагала, будто он умер из-за чего-то похожего на синдром края мира, а не от синдрома края мира как такового. Да, верно. Я не называла вещи своими именами, но считала, что господина Трайтлока убили.

— Как вы знаете, — заговорила я, объясняясь, — еще нет точных доказательств того, откуда берется синдром края мира. Есть три основные теории. Первая — что это чисто психологическая реакция, результат изоляции в условиях скудного питания и постоянного холода снаружи. Вторая теория: существует возбудитель этого состояния, и он содержится в продуктах. Какой-то войровый агент, который мультиплицируется именно ближе к краю мира, и потому случаев заражения в умеренных широтах не возникало.

— И третья, как я понимаю, — интегральная теория, — улыбнулась хозяйка.

— Без интегральных теорий научное сообщество не могло бы провести ни одной конференции, госпожа, но не в этот раз. Третья — это теория льда.

Хозяйка Сестры Восхода отдала мне знак указания на кресло, и я снова заняла место на его краешке, продолжая чувствовать себя глубоко виноватой за самоуправство. Я принялась объяснять:

— Снегоходные големы не проваливаются в расселины не только потому, что маршрут для них выбирают идущие впереди исследователи, но и благодаря теории плотности льда. При ходьбе голем топает. Немного больше, чем нужно непосредственно для шага, и этим вызывает внутри льда звуковую волну. Та частично возвращается обратно в ноги голема, и по разнице эха и звука голем видит то, что находится под его ногами на несколько метров вокруг.

— Я заинтригована тем, как это связано с истерическими симптомами.

— Да… скоро я объясню. Представьте, голем видит лед не железной частью и уж тем более не органами зрения — он воспринимает информацию ликрой. Ощущение объемного пространства создается благодаря микроскопическим войровым агентам, реагирующим на вибрации. Големы научаются считывать через них плотность и рельеф льда. — Я подалась вперед, уступая вдохновению, захватывавшему меня каждый раз, когда я объясняла эту простую и совершеннопрекрасную схему. — Все очень похоже на поведение дикой войры в начале времен, когда она, пожирая дома, потом бессознательно воспроизводила их облик из миллионов тел своих агентов!