Книга В холод, страница 139 – Нелл Уайт-Смит

Выступив в четыре утра, я, не встретив дополнительных сложностей, добрался до второй части склона и, не подходя слишком близко, двинулся вдоль него, высматривая место крушения. Это отняло у меня несколько часов, но упорство оказалось вознаграждено, к тому же я верно выбрал направление с первого раза.

Когда я подходил ближе, подал сигнал выжившим химическим факелом. Это менее надежно, чем выстрел, но громкий звук способен спровоцировать обвал, и я не решился рисковать. В подтверждение моих худших опасений ответа на сигнал не последовало.

Однако, когда я почти принял решение подниматься до гондолы, на ее крыше появился силуэт, скорее всего принадлежащий госпоже Нейнарр, хозяйке Сестры Заката. Достав сигнальные флаги, она сообщила мне, что выживших механоидов, кроме нее, нет, что сама гондола жива и что у нее достаточно присадки для того, чтобы прожить еще несколько дней до подхода помощи.

В ответ я сообщил, что в моих силах эвакуировать ее при необходимости, и она согласилась. Указала, что спустится сама. Я был только рад знать, что среди уцелевших вещей оказалось необходимое для спуска оборудование. И буквально застыл в страхе за жизнь авиаторши, когда увидел ее спуск: из оборудования она использовала только страховочную веревку, бесполезныена этом склоне кошки, прикрепленные ею к поясу, и столь же бесполезный на темном каменном склоне ледоруб. К тому же одна ее рука находилась на перевязи и хозяйка Нейнарр очень осторожно использовала ее.

При всем этом спускалась она уверенно и, я бы сказал, дерзко, с уверенностью только почувствовавшей силу своего тела альпинистки, еще не потерявшей товарищей и не заплатившей суровыми травмами за заносчивость, которую никому и никогда не прощают горы. И тем не менее давать советы или иначе отвлекать женщину, рисковавшую жизнью, я не стал и молча дождался ее.

Я смотрел на склон и видел бурые потеки ликры, но мне было непонятно, сколько именно ее потеряла Сестра Заката — прошло уже несколько снежных бурь между тем, как произошла катастрофа, и тем, как я добрался. Я видел ужасный оторванный нос командирской гондолы, но значение этой раны для дирижабля оценить не смог, так как знал, что внутри существуют автоматические аварийные клапаны, блокирующие железные вены в случае их порыва. Я не сумел определить по виду, критические это повреждения или нет.

И я не видел трупов.

Я видел только решимость и точность движений хозяйки, рисковавшей собственной жизнью, лишь бы спасти то немногое, что осталось от вверенного ей экипажа.

— Если хотите, я поделюсь с вами водой и едой, когда мы остановимся на привал, — начал я вместо приветствия или соболезнований. Сейчас это лишнее. — Если вы испытываете сильные голод или жажду, я постараюсь помочь прямо сейчас, но лучше бы нам использовать световой день и пройти до второго спуска.

— Есть еще один спуск?

— Да, это примерно пять часов хода пешком. Внизу нас ждет мой партнер, снегоходный голем Тонна, он вынесет вас к базовому лагерю. Весь остальной путь вы сможете спать, но я должен просить вас о последнем и самом важном рывке, госпожа Нейнарр.

— Нет, — улыбнулась она, отдав мне знак глубокого уважения, — именно я должна вас просить об этом рывке, потому как если мы доберемся до господина Тонны до темноты, то сэкономим целый день для Сестры Заката. А она — последняя, кого я еще могу спасти.