Книга Шрам: Легионер, страница 116 – Сим Симович

Шрам смотрел, оценивал. Крид не врал, похоже. Профессиональный вербовщик, опытный, знает как подходить, что говорить. ЧВК реальная, контракт настоящий. Вопрос — нужно ли? Зачем возвращаться в войну? Только вышел из одной мясорубки, зачем лезть в другую?

С другой стороны — альтернатива? Продлевать контракт в легионе — снова Африка, снова пустыня, снова смерти товарищей. Увольняться — куда идти? Во Францию не вернёшься, чужая страна. В Россию нельзя, бежал оттуда, забыл, закрыл прошлое. Гражданская жизнь? Работа? Семья? Невозможно. Он машина для убийства, инструмент войны. В мирной жизни сломается окончательно, сопьётся, застрелится, сгинет в канаве.

Или принять контракт. Месяц работы, частная компания, другая война. Зона Отчуждения — место странное, опасное, но не Африка. Радиация, мутанты, сталкеры, бандиты. Враги другие, угрозы другие. Может легче, может тяжелее. Но деньги платят, оружие дают, цель есть.

И главное — снова русский язык. В легионе запретил себе говорить по-русски после смерти семёрки. Слишком больно, слишком много связей с мёртвыми. Но язык тоскует, память тоскует. В Зоне все говорят по-русски. Может там вернётся что-то, что умерло в Мали. Может нет. Но попытаться стоит.

Или не стоит. Не знает. Голова тяжёлая, мысли вязкие, алкоголь мешает думать.

Крид достал визитку, положил на стол. Картон плотный, белый, буквы чёрные, без лишних украшений. Имя, телефон, ничего больше.

— Подумай, — сказал спокойно, встал. — Контракт открыт две недели. Если решишь — звони, встретимся, обсудим детали. Оплата вперёд, снаряжение полное, эвакуация гарантирована. Профессиональная работа, профессиональные условия. Без политики, без пафоса, без героизма. Просто контракт.

Развернулся, пошёл к выходу. Остановился у двери, оглянулся:

— И завяжи с выпивкой. Если решишьехать — нужен трезвым. Пьяные в Зоне долго не живут.

Вышел. Дверь закрылась. Солнечный свет мелькнул, погас. Шрам остался один, смотрел на визитку. Белый картон на столе грязном, контраст резкий.

Виктор Крид. Телефон. Контракт. Зона Отчуждения. Месяц работы.

Альтернатива — легион, или увольнение, или смерть медленная в канаве алкогольной.

Выбор есть. Формально. Реально — выбора нет. Легионер не может жить без войны. Война — смысл, цель, функция. Без войны — пустота, распад, небытие.

Значит контракт. Рано или поздно примет. Не сегодня, не завтра, но примет. Потому что альтернативы нет. Никогда не было.

Шрам взял визитку, посмотрел, сунул в карман. Налил себе вина, выпил. Потом ещё. И ещё.

Крид сказал завязывать с выпивкой. Правильно сказал. Но не сегодня. Сегодня ещё можно. Завтра тоже. Послезавтра — посмотрим. Через неделю контракт примет, вытрезвеет, соберётся, поедет. В Зону. На новую войну. Потому что старая закончилась, но жажда убивать осталась. И больше делать нечего.

Волк без стаи ищет новую стаю. Или умирает.

Смерть — позже. Сначала — Зона.

Бутылка опустела. Шрам заказал следующую. Бармен принёс молча. Легионер пил, смотрел в окно, на улицу солнечную, на людей чужих, на жизнь далёкую.

В кармане лежала визитка. Тяжёлая, как камень. Или как спасательный круг. Не разобрать.

Пил до вечера. Потом до ночи. Потом отключился, голова на столе, в луже пролитого вина. Бармен оставил спать, не выгнал. Легионеры — клиенты хорошие, платят, не дебоширят, просто пьют молча. Пусть спит.