Книга Шрам: ЧЗО, страница 7 – Сим Симович

Шрам перевёл прицел на ближайшего. Мужчина лет тридцати, лысый, в рваной куртке. Оружия нет. Лицо грязное, борода всклокоченная. Глаза пустые, мёртвые. Зомбированный — человек под психическим воздействием, мозг выжжен, остались только инстинкты. Агрессивен, опасен, не чувствует боли.

Костя поднял руку. Группа замерла. Он опустил руку резко.

— Огонь.

Шрам выстрелил первым. Затворщёлкнул, винтовка дёрнулась мягко. Лысый упал, затылок разнесён. Рашид выстрелил следом — второй зомбированный упал, дыра в груди. Автоматные очереди затрещали — Костя, Гриша, украинцы. Зомбированные падали один за другим, медленно, тяжело. Один побежал к джипам, размахивая арматурой. Женя выстрелил из гранатомёта. Граната взорвалась в трёх метрах. Зомбированного разорвало.

Шрам стрелял спокойно, методично. Третий, четвёртый, пятый. Каждый выстрел — падение. Голова, грудь, живот. Не важно куда, главное остановить. Затвор, выстрел, перезарядка. Магазин опустел, вставил новый. Ещё два выстрела. Седьмой зомбированный упал лицом вниз.

Восьмой добежал до Кости. Тот ударил прикладом в лицо, разворотил нос, добил очередью в голову. Девятый и десятый упали под огнём Гриши. Пулемёт выжег длинную очередь, тела дёрнулись, легли неподвижно.

Тишина. Только ветер и щелчки дозиметров. Костя поднял руку.

— Прекратить огонь. Проверить тела.

Группа вышла на дорогу. Шрам и Рашид поднялись, пошли следом. Десять трупов на асфальте. Кровь тёмная, густая. Мозги, осколки черепов, куски плоти. Пахло порохом и дерьмом.

Костя подошёл к первому, перевернул ногой. Лицо мёртвое, глаза остекленевшие. Никакого оружия, только грязная одежда. Проверил остальных. То же самое. Зомбированные, не бандиты.

— Откуда они? — спросил Гриша.

— Из глубины Зоны, — ответил Костя. — Психополе их выгнало, погнало сюда. Бывает.

Шрам смотрел на трупы молча. Это были люди когда-то. Сталкеры, копатели, искатели артефактов. Зашли слишком глубоко, попали под выброс или в психополе. Мозг сгорел, остался только скелет с инстинктами. Ни мыслей, ни памяти, ни души. Только голод и агрессия.

Он видел такое в Мали. Бойцов с контузией, солдат после пыток, детей-солдат с выжженными глазами. Разные причины, один результат. Человек без человечности. Оболочка без содержания.

Убивать их не тяжело. Тяжело понимать, что это могли быть ты. Один неверный шаг, одна ошибка — и ты зомбированный, бредущий по Зоне, пока кто-то не застрелит.

Костя по рации:

— База, это Костя. Контакт с зомбированными. Десять целей уничтожено. Потерь нет. Продолжаем маршрут.

— Принято. Действуйте.

Группа вернулась к джипам. Шрам снял шлем, вытер пот со лба. Рашид рядом закурил, выдохнул дым медленно.

— Первыйконтакт. Как впечатления?

— Как всегда.

— Привычная работа?

— Убивал в Африке. Здесь то же самое.

Рашид усмехнулся.

— Верно. Везде одинаково. Только пейзаж другой.

Сели в джипы, поехали дальше. Дорога уходила от реки в лес. Трупы остались позади. Дозиметры молчали. Всё спокойно, пусто, мёртво. Шрам смотрел в окно на серые деревья и думал, что Зона похожа на Мали. Та же пустота, та же смерть, та же работа. Только здесь холоднее.

И череп на шлеме напоминал — ты мертвец. Как все здесь. Живые среди мёртвых, или мёртвые среди живых. Не важно.

Седьмой патрон ждал.

Патруль вернулся на базу к обеду. Левченко принял доклад, отпустил группу. Пьер разгрузился в казарме, почистил винтовку, поел в столовой. Гречка с тушёнкой, чай. После обеда два часа отдыха, потом снова патруль — вечерний, до темноты.