Книга Группа Грифон. Дебют, страница 23 – Артур Невский

Выпил воды, полез надевать кроссовки.

— Нет-нет, Антош, ты же не сможешь в этом тренироваться.

Я недоверчиво посмотрел на свои эйр-максы.

— Нуу… в них типа можно бегать…

— Это если только в последний раз в жизни. Вот, держи теннисные кроссовки, я такие всегда про запас держу. Отличные.

Виктор выдал мне супер-дешевые на вид ноунейм кроссовки, свеженькие, которые я, однако, даже не почувствовал на ногах, когда надел. Неплохо.

— А нам далеко?

Виктор только улыбнулся.

Вышли на улицу — для середины марта было довольно тепло, плюс, не знаю, десять. Я застегнул ветровку, недоверчиво косясь на Виктора в одной олимпийке. За нами бежал Спайк, довольно повиливая хвостом и нюхая воздух.

Воздух как воздух.

Минут через семь-восемь мы пришли на поляну размером с половину футбольного поля. Сбоку поляны стояло несколько самодельных перекладин для подтягиваний. На поляне уже было двое: невысокого роста худой мужичок и рослый парень в брюках хаки и темно-зеленой футболке, на вид слегка постарше меня.

— Это Макс, — представил мне его Виктор, — Макс у нас сегодня за тренера. А это Антон, — кивнул он, — считай, племянник мой. Антон новичок, так что будет с нами, но по щадящей программе, — он подмигнул.

Стало обидно.

Все началось с разминки — выстроились полукругом, крутили стопами, поднимая поочередно каждую ногу, махали руками и ногами, и шумно выдыхали. Затем Макс скомандовал “бее-гом!”, и мы легкой трусцой побежали наматывать круги. Опять же, “наматывать” — это было не совсем про меня. Навскидку один круг тут был метров сто пятьдесят, вряд ли больше. После четвертого круга мои легкие были готовы отказать — я не понимал, почему вокруг стало так мало воздуха. Ноги все еще двигались, но не так, как мне хотелось бы. Перед началом пятого круга я сделал пару шагов в сторону, уперсяладонями в колени и почти уткнулся носом в траву.

Спайк бегал вокруг, иногда задорно полаивал, но на саму тренировочную поляну и лапой не ступал — вот, еще одно доказательство того, что собака бывает умнее человека, то есть меня. Я-то был в гуще событий.

— Привет, Спайк, — еле выговорил я. Песель себя прекрасно чувствовал и вряд ли понимал, с какими серьезными проблемами я столкнулся. — Еще два круга, и мы с тобой больше не увидимся, — пообещал я ему.

Я распрямился, и, видя, что меня уже обгоняют на круг, решил пробежать еще один. Сколько кругов всего тут бегают? Если шесть, то я сдохну. Вот прямо сразу, нечего даже и пытаться.

— Сколько еще кругов? — спросил я у Виктора. Вид у меня явно был затравленный.

— Всего десять, — бросил он. — Не стой, иди.

До меня не сразу дошло, что имелось в виду, потому что на слове “десять” у меня почти отключилось сознание. Десять? Да столько не живут.

Я попытался бежать за всеми, но шагов через двадцать осознал, что это было бесполезно — и только тогда понял, что имел в виду Виктор. Перешел на шаг — не быстрый, но бодрый. Стало полегче. Потом, к шестому кругу, снова попытался пробежаться. Получилось так себе, но лучше, чем никак. Я двигался. Я продвигался вперед.

К моему седьмому кругу все закончилось. Меня снисходительно дождались. В ушах у меня ухало со скоростью, наверное, двести в минуту. Никогда не думал, что пульс может быть таким частым — а ведь я когда-то в теннис играл, и вроде ничего, функционировал.