Книга Сладкий запах смерти, страница 85 – Микки Спиллейн

— Спасибо. Проверю томлинсоновский небоскреб.

— Возможно, ты ничего и не обнаружишь. Там ряд обычных телефонов междугородной связи — и все. Мартин Грейди считает это важным, потому что в тот день здесь был очень сильный, почти ураганный ветер, одним словом, носа нельзя было высунуть на улицу. У него наверняка были инструкции звонить откуда-нибудь из другого места, но ему не захотелось, и в нарушение приказаон позвонил из здания.

— Обычная «комедия ошибок», а в итоге вы выиграли очко, — сказал я в ответ и отключился.

Я сел в кресло, положил ноги на подоконник и стал молча смотреть в ночь за окном. Потом закрыл глаза и заснул в той же позе.

Словно издалека, я услышал звонок телефона и медленно поднял веки. На секунду солнечные лучи, плещущиеся за окном, почти ослепили меня, и я посмотрел на часы. Шесть с небольшим.

Я поднял трубку и услышал голос Уолли:

— Тайгер?

— Да.

— Вода становится горячей.

— Ты чист?

— Я звоню из телефона-автомата в приемной больницы.

— Где Рондина?

— Ее пасут несколько парней из ФБР. Она была одета медсестрой и прошла мимо полицейского в комнату Габена Мартреля, толкая перед собой столик на колесах. Все обошлось бы, но ее поймали в туалетной комнате для сестер, где она переодевалась, когда туда вошли поболтать две настоящие медсестры.

— Как ее раскрыли?

— Кто-то послал чудесный цветок в горшке в комнату Мартреля. Он постоянно получает цветы, и никто бы не обратил внимания, если бы один из фэбээровцев не оказался чересчур дотошным. Кажется, ему уже приходилось сталкиваться с чем-то подобным. В земле для цветов обнаружили установленное на определенное время приспособление с баллончиком газообразного цианида. Оцепили весь квартал, но не смогли поймать посыльного, который принес цветок, зато настигли Рондину. Полицейский на этаже опознал ее, как и двое или трое пациентов.

— Она говорит?

— Как попугай, но она неудачно попалась. Они проверяют всех и каждого. Слушай, шел бы ты из моего дома, а?

Я ему не ответил и, тихо положив трубку на рычаг, отправился смотреть рассвет над крышами.

Теперь они выйдут на меня. Рондина станет персоной нон грата, ее вышлют в Англию, далеко от меня, если не обвинят в чем-нибудь еще. Но во всяком случае, она вошла в контакт с Габеном.

Я оставил свой чемодан, спустился вниз и пошел пешком до обиталища Чарли Корбинета.

Когда он открыл дверь, я по глазам понял, что ему все известно.

— Заходи, Тайгер, как раз тебя поджидаю.

Я вошел и закрыл за собой дверь.

— Чарли, скажи Рэндольфу, что я буду говорить с ними при одном условии.

— Он не примет никаких условий.

— Тогда скажи: пусть убирается ко всем чертям!

Чарли пожал плечами и пошел в комнату.

— Тем не менее я скажу о твоем условии.

— Отпустите Рондину. Она здесь ни при чем.

— Может быть, и так, но агентура засекла ее, и теперь ее заставят ответить на все вопросы. Ты должен это знать.

— Глупости.

— Я знаю Рэндольфа.

— Хорошо, полковник, поговорим с ним иначе.

— Только не по телефону. Он хочет видеть тебя лично.

— Пусть. В четыре около твоего дома тебя и Рэндольфа будет ждать машина. Куда вы поедете и что станете делать — моя забота.

— Он ухмыльнулся, и я понял, о чем он думает.

— Рэндольф, может, захочет взять с собой еще кое-кого.

— Он может взять хоть целую армию, мне плевать.

— Возвращаются старые добрые дни, Тайгер?