Книга Сладкий запах смерти, страница 124 – Микки Спиллейн

Я снова поднял стекло, чтобы капли дождя не попадали в салон и, нагнувшись вперед, протянул ему деньги.

- Я выйду здесь, - сказал я, - остановите.

- Но ведь вы же хотели... - начал было он, но я сразу перебил его, не желая длительных объяснений.

- Бывает, - небрежно сказал я. - У меня изменились планы.

Его пальцы ощупью взяли протянутую купюру. Одновременно с этим он подъехал к тротуару, остановил машину и выключил счетчик. Потом, отсчитав сдачу, повернулся и протянул ее мне. Но уже через мгновение лицо его изменилось, оно как-то застыло, а глаза широко раскрылись. Наконец он с трудом выдавил, как бы давясь словами:

- Вы... вы Реган?

- Точно.

- Конечно, вы полицейский. Полицейский-убийца. Послушайте, ведь я...

- Хватит об этом... И не надо сдачи, оставьте себе.

Я вышел из машины и прошел три квартала на север под хлесткими порывами дождя. На Сорок Девятой улице я свернул направо и шел по ней, пока не добрался до ресторанчика Данингера. Этот ресторанчик был не из шикарных, но два-три фирменных блюда и напитки были так хороши, что привлекали постоянных клиентов. Но своим успехом он пользовался не только поэтому. Главным образом приманкой служили телефоны-автоматы, расставленные во всех четырех углах ресторана, и тем, что называется "биржей новостей".

Для основного потока вечерних посетителей время еще не подошло, но репортеры разных газет уже сидели на табуретах у стойки бара. Они зверски ругали редакторов и политиков и выпивали перед тем, как отправиться по домам. Темой разговора были события, которые появятся в завтрашних газетах.

Я прошел позади них, смахнулводу с воротника и прищурил глаза, которые еще не привыкли к полутьме зала.

Джерри Нолан устроился в самом конце бара, склонившись над тарелочкой спагетти и держа в руке вечернюю газету. Я осмотрелся, ища глазами его партнера Эла Ардженино, но того нигде не было видно.

- Привет, Джерри, - поздоровался я.

Но он даже не поднял головы.

- Какой ты все-таки ядовитый, Реган.

- Как именно? В личной жизни или на службе?

В уголках его глаз появились маленькие морщинки. Он откинулся назад и взглянул на меня. По его физиономии можно было отчетливо прочесть его профессию. Это был сержант Нолан из криминальной полиции, страж закона и порядка. Рукой с газетой он показал на стул напротив и радушно сказал:

- Присаживайся, Реган.

- Спасибо.

- Не буду ходить вокруг да около. Я скажу тебе прямо: нам обязательно надо кое-что выяснить. Сговорились?

- Ничего не скажешь, неплохая работенка...

- Гу-гу... - он прищурился, хитро посмотрел на меня и заявил:

- Сейчас не знаю как, но абсолютно уверен, что мы с ней справимся.

Я ухмыльнулся. Все это дело продолжалось довольно долго, но теперь я был способен видеть в нем и забавные стороны.

- Не смейся, Реган, дело не шуточное.

Я вдруг почувствовал, что напряжение во мне постепенно спадает. Это все равно как созревший нарыв, который уже прорвался и перестал болеть, хотя гной в нем еще есть.

- Ты глубоко ошибаешься, Джерри. Все это пустяк и над этим можно только посмеяться. Наши власти даже не удосужились расследовать дело о взятке, которую мне приписали. Наши бонзы сразу списали меня со счета, - я улыбнулся еще шире. - Ну и поэтому обвинение выглядело довольно смешным. Теперь они должны обвинить меня в получении взятки, которая толкнула меня на убийство. Смешно? Конечно, смешно. И уж газетчики-то распишут это как надо.