Онлайн книга «Смертельный вызов»
|
— Нет. Не точно, кажется, таких нападений больше десятка. — Кто вам сообщил? — Нам зачитали приказ главного врача, — послушно выложил Иван, — что случаи бывали, и при нападении с оружием и требовании отдать коробку с наркотиками, отдавать, не вступая в пререкания, затем сразу сообщить диспетчеру и оформить заявление в ближайшем отделении милиции. — На вас нападали? — Нет. — Такие случаи бывали на вашей подстанции? — При мне нет, до моего прихода чуть больше года назад был один эпизод. — Медики физически пострадали? — Насколько мне известно, нет. Напали на женщину — врача, она кинула коробку с ампулами в напавших бандитов и убежала. — Вы с ней знакомы? — Она уволилась в тот же месяц, когда я пришел работать. Случай обсуждался на подстанции. — Иван старался отвечать по — военному кратко и четко. — Теперь к делу, — полковник чуть снизил голос, — тесть не говорил, сколько уже случаев нападений зафиксировано? — Нет. Он вообще мне ничего такого не говорил. А я не спрашивал. Только из приказа по станции известно… — По заявлениям — сорок три эпизода. Я полагаю, что бывали и другие. Это много, слишком. И есть странная закономерность. — Полковник встал и подошел к карте Москвы. — Если взять все районы по подстанциям, то случаи произошли практически на всех, кроме одной. И на некоторых по два или три раза. Очевидно, что наркоманы не хотят нападать, видимо, на своих. И эти свои работают именно на этой подстанции. Подозрительно? Иван снова кивнул, но тут же исправился: — Да. Полковник несколько минут молча смотрел в лицо Ивану, словно не решаясь, продолжать разговор или нет? — Вот что, Иван Витальевич, я планы ваши предлагаю изменить. — он подождал, пока Иван усвоит эту мысль, — вы переходите работать на эту подозрительную подстанцию и становитесь моими ушами и глазами, а я договариваюсь с военкоматом, что они о вас на годик или два забывают. А может быть и совсем. Как получится. Иван чуть не выпалил «ДА!», но вовремя притормозил. Как это перейти на другую подстанцию? Тут он прижился — сдружился. Ребята уже свои в доску. Ну, может, не совсем еще свои, все — таки никто не стал с ним меняться дежурствами. Но он уже привык к людям и люди, кажется, привыкли к нему. Полковник Москвичов заметил сомнение, отразившееся на лице Ивана. — Есть проблема? — Ну, я не знаю, — попытался объяснить свои мысли Иван. — Отсрочка от армии, конечно, нужна, а насчет перевода. Как вы это себе представляете? Работаю я нормально, замечаний нет, и вдруг раз — и перевелся? С чего вдруг? Иван не то чтобы не хотел никуда переходить, он понимал, что полковник ясно дал понять: «мне нужны там глаза и уши». Значит, переводиться нужно, но под каким предлогом? Это действительно, задача непростая. В первую очередь тем, что на новом месте работы спросят — и не его, Ивана, а тех, от кого он ушел. И что скажут те? Мол ни с того ни с сего?! Это подозрительно. Почувствовал ли полковник сомнения Ивана? Иван понимал, что его сейчас вербовали как агента и поэтому молчал, лихорадочно обдумывая, что для него все — таки выгоднее, стать «органами чувств» полковника или перейти под крыло к тестю? Второй вариант представлялся более теплым, хотя и каким-то дебильным. Во — первых, потому что как опер, он не то что ноль, а ноль со знаком минус, а во — вторых, все в управлении будут знать, что этот «Ваня — дурачок» еще и от армии таким образом косит. Уважения среди «коллег» такое мнение не прибавит. Скорее наоборот. Нет, это стыдно. А сейчас, когда Москвичов намекнул, что можно реально послужить на благо Родине и при этом не менять род деятельности, стало особенно стыдно прятаться за могучей фигурой тестя. |