Книга Тайна синих озер, страница 96 – Андрей Посняков

Ващенков неожиданно расхохотался:

— Да, вещь нужная. Как понадобится — так никогда нет. Но вы, дорогой товарищ, сейчас не по адресу обратились. Я уже давно от этих дел отошел.

— А соседи ваши? Тот же Столетов?

— Слава-то? Почтальон? Да он фотографией никогда в жизни не занимался.

— И вам фотобумагу не предлагал? И вы его купить не просили?

— Да что вы! Нет, конечно. Говорю же, давно от этих дел отошел.

Пообедав в столовой райпо, Владимир Андреевич вернулся в отделение и задумался. Для фотографий ведь много чего необходимо, не только фотобумага и химикаты. Еще и пленку надо где-то проявить — бачок нужен, а для печати — фотоувеличитель, фонарь, ванночки… Глянцеватель опять же — фотки сушить, чтобы красивые, с глянцем, стали.

Если предположить, что всем этим занимался почтальон Столетов или пропавший Крокотов… Это же сколько возни! И фотопринадлежности где-то надо доставать. А где? По знакомым? Или… в Доме пионеров? Ничего, интересно, у них больше не пропадало?

Захваченный новой мыслью, следователь бросился в дежурку — так было быстрей:

— Мужики, в Дом пионеров как позвонить!

— Так не дозвонишься, Владимир Андреевич, — засмеялся дежурный. — Нет там никого. В отпусках все. Лето!

Алтуфьев озадаченно почесал голову:

— Что, вообще никого нет?

— Ну, разве что ночной сторож.

— А сигнализация?

— Ну, Владимир Андреевич! Сигнализация! Это тебе магазин, что ли?

Снаружи, за окном, послышался треск мотоцикла, и скоро в отделение заскочил участковый Дорожкин. Выглядел он крайне озабоченно и, можно сказать, по-деловому.

— В Пяльево собираюсь, на ферму, — просматривая книгу записи происшествий, пояснил Дорожкин. — По стеклам разбитым материал горит.

— Удочки не забудь! — убрав книгу, дежурный ухмыльнулся в усы. — Там Койвола-река рядом — рыбалка! Красной рыбки привезешь.

— Слышь, Игорь, — вдруг спохватился Алтуфьев. — Ты мне в Койволе Крокотова жену допроси, Зинаиду, кажется… А я тебе потом пива поставлю.

— Лучше — отдельное поручение, — участковый облизнулся и хмыкнул: — «Палочки»-то всем нужны!

Сторож в Доме пионеров заступал на смену в восемь вечера, именно к этому времени и подъехал Алтуфьев. Поставил свой «Восход» у входа.

Поехал на мотоцикле вот почему — Дом пионеров располагался на самой окраине городка, и тащиться туда пешком не хотелось. Милицейский же транспорт нынче оказался весь занят: мотоцикл забрал Дорожкин в Койволу, на «козлике» дежурный с нарядом уехал разбираться по каким-то кастрюльным делам: то ли муж жену хватил ухватом, то ли жена — мужа.

В ожидании сторожа Владимир Андреевич не терял времени даром — обошел строение, внимательно осмотрел все подходы. Почуяв табачный дым, обнаружил за кустами компанию куривших ребят. Небольших — лет по десять-двенадцать.

— А что это вы тут?

Пацаны тут же рванули в разные стороны, но одного — с папиросой — Алтуфьев все же прихватил за ухо.

— Ой, дяденька, пусти-и-и! — заверещал шкет. — Я больше не буд-у-у-у!

— Ага, отпусти тебя… — следователь вполне дружелюбно отвесил парню леща. — Потом набегаешься. Больно уж вы народ прыткий. Тебя как звать-то?

— Лешка, — шмыгнув носом, мальчишка искоса посмотрел на Алтуфьева карими блестящими глазами.

Пацан как пацан — короткие, на помочах, штаны, штопаная рубаха, кеды. Под левым глазом — заплывший желтоватый синяк, на коленке — царапина. Голова давненько не стриженная — патлы нечесаные во все стороны.