Онлайн книга «Тайна синих озер»
|
— Да еще и не так бывает! — Володь, что с Хренковым-то? Так и будет сидеть? — Будет! Пока в клубе всех не допросим. Кто тогда был, кто мог часики в куртку подбросить… А вот коли мы этого гада найдем, вычислим… хотя бы примерно знать будем… — Тогда, можно считать, дело раскрыто! — громко захохотал Ревякин. — Убийство! Не хухры-мухры. Эх, жаль уезжаю! — Учись-учись, — следователь поставил стакан. — Клубом я лично займусь. А ты, Игорь, — ребятней этой. Поищи, поспрошай. Ну, не может быть, чтобы они дома целыми днями сидели… Кто-нибудь что-нибудь да видел! Просто внимания не обратил. Опер вновь разлил по стаканам — чего руку менять, — прищурился: — Лихо вы промеж собой все распределили! А я? — А ты, Игнат, нам поможешь. Пока не уехал. — Хм… Ну, что? За советский космос? — За него! Опьяневшего участкового уложили спать здесь же, на лавке. Правда, он тут же проснулся, заявил, что пойдет домой. — Вот вместе с Африканычем и пойдем. Правильно, Африканыч? Техник-криминалист сурово кивнул. Он умел «собираться» и выглядел сейчас практически трезвым. Ну, разве что иногда слегка пошатывался. — Африканыч-то дойдет, — с сомнением глядя на участкового, протянул Игнат. — А вот ты… сомневаюсь! — Я Игоря доведу! — техник-криминалист отважно приложил руку к сердцу. — Короче, мужики, сделаем так… — Ревякин решительно поднялся на ноги и накинул на плечи висевший на гвоздике пиджак. — Я сейчас к соседям, на телефон. Вызову нашу машину — и все дела. — Так это… — Дорожкин вдруг протрезвел и погрозил всем пальцем. — Не надо машину. Начальник узнает… Иван Дормидонтович… — Он и так узнает, — философски заметил Теркин. — Скажу больше — знает уже. У него же в «Заре» — золовка. Забыли? Пока ждали машину, успели выпить еще по одной, потом распрощались… — А что-то я и не опьянел! — повесив пиджак обратно на гвоздь, заявил опер. — Нет, правда. — Скорее протрезвел, — Алтуфьев потянулся за куревом. — Эх, собирался ведь бросить… Да вот никак. Как говорят, коль пошла такая пьянка, режь последний огурец! Огурцы у твоей тетушки знатные. Что-то ее долго нет. — Так на беседе… — чиркнул спичкой Ревякин. Оба закурили. — Так до женщин и не дошло, — выпустив дым, следователь протянул с неожиданной грустью. — Ну, до разговора… Вот ты, Игнат, не женатый же? — Так молодой еще! — хохотнул оперативник. — А вообще-то есть в Тянске одна… Но как там дальше пойдет — не знаю. — Вот и я не знаю, — Владимир бросил окурок в пепельницу. — Не знаю, есть у меня кто-нибудь или нет. Я же был женат, Игнат… А потом — развелся. — А! Вот почему тебя из Нарвы поперли! Ой, извини. — Ничего. Поперли — это еще мягко сказано! Целое судилище было. И бывшая моя там выступала, и меня краснеть заставили. А самое главное — еще одному человеку… Марте… просто жизнь сломали! — Ну-у! — Ты бы налил, Игнат… Выпив, следователь закурил и продолжил: — Понимаешь, мы с женой… ну, словно чужие люди друг другу были. Поженились сразу после института, думали — по любви, а оно вон как вышло. Супруга первой другого встретила, потом уж и мне повезло… Распределили в Нарву. Потом и ее… Марта ее звали, Марта Яновна. Молодая, но уже с ребенком — Инга, дочка лет трех. Откуда, как, была ли замужем — она только потом рассказала, когда мы… ну, встречаться стали, чего уж. Оказывается, ее… Ладно, налей еще… Будем! Так вот… Жену потом любовник турнул — шишкой какой-то оказался. Другого нашла, совсем молодого парня, нищего, без жилья. А у меня — квартира служебная. Вроде и не положено бы ей, но… |