Книга Фальшивая жизнь, страница 133 – Андрей Посняков

– Надобно эксгумировать труп! Может, хоть что-то…

– Ну да! И что у нас получается дальше? А получается следующее. В местах лишения свободы Кареев скорешился с неким Авдейкиным, выходцем из Тянска, по кличке Авдей, алчным негодяем, живущим по принципу «бери от жизни все», с которым и договорился продолжить преступное ремесло. Как ты помнишь, Авдейкин освободился еще в шестьдесят пятом, вернулся в Тянск, встал на учет в милиции, устроился на работу на железнодорожный склад, сначала грузчиком, потом экспедитором. Завел себе любовницу – бухгалтершу из Леноблторга. Вел себя в высшей степени положительно, и вообще, как записал в наблюдательном деле участковый, «встал на путь исправления». На самом же деле – поджидал напарника, Кареева, известного по своим делам в Эстонии, Риге и Ленинграде. Кареев ловко взламывал любые замки, преград для него в этом деле не было. Как не было и каких-то морально-этических принципов, даже случайных свидетелей вполне мог убить, как было когда-то в Риге, правда, факт убийства тогда так и не доказали.

После аферы с Эрвелем, Кареев связался со своим сообщником и поселился где-то в глуши, устроившись на работу лесником. Придуманная им, или ими обоими, криминальная схема хитроумна и безопасна. Авдейкин – наводчик, пособник и – иногда – исполнитель, использовал «втемную» свою подругу-бухгалтершу, а Кареев – организатор и исполнитель. Работая лесником, Кареев почти все время в лесу, на делянках, никто там за ним не следит, тем более он на хорошем счету у начальства. Получив условный сигнал (телеграмма или по телефону в лесничестве), наш новоявленный лесник берет служебную лошадь и отправляется «на обход» территории. На самом же деле километрах в пятнадцати от своего места жительства протекает судоходная река Койва, где Кареев обустроил тайный гараж для быстроходной моторной лодки. Он привязывает лошадь, садится в моторку и уже часа через три причаливает к берегу неподалеку от Тянска. Там, в условленном месте, его уже поджидает помощник. – Алтуфьев усмехнулся и неожиданно подмигнул: – И вот тут-то, Сережа, всплывает твой график! Ну, помнишь, ты как-то говорил, что все кражи идут два года. Начинаются в конце апреля – начале мая и до конца октября. А потом каникулы – медведи в берлоге. Да не медведи, Сереж! Навигация!

– Но ведь лодку с лесником могут увидеть?

– Могут. И видели обязательно. Но места там безлюдные, а ближе к Тянску таких лодок не то чтобы пруд пруди, но хватает.

– А лошадь? – не отставал Сергей. – Вы говорите, привязывает. А волки, медведи? Это же лес! Сожрут лошадку-то.

– Моло-о-де-ец! – Алтуфьев на секунду запнулся и потянулся к стоявшему на столе телефону – модному, цвета слоновой кости. – Минуточку… Сейчас насчет лошадки распоряжусь. Алло, алло… Алтуфьев. И тебе не хворать. Игнат, вы там моторку-то ищете? Не видели… Но слышали! Хорошо. Вы там еще лошадку поищите. Ну, в Ракове, наверное, где ее еще можно оставить… На старой ферме? Кстати, вариант! Проверьте обязательно. Кто пришел? Какой Алик? Из Лерничей? Ах, третий раз уже приезжает… Что-нибудь интересное говорит? Ну-ну! Портфель? Лесник… Ярвель, Ян Викторович… ага, ага… Почему-то не удивлен.

Повесив трубку, Владимир Андреевич посмотрел на Пенкина:

– Мальчишка местный, сосед Силаева, видел, как к нему в дом заходил лесник. Со старым рыжим портфелем!