Онлайн книга «Загадка двух жертв»
|
– Завтра доложишь во всех подробностях, – самым серьезным тоном промолвил Максим. – Игнату… Начальнику. Он к Дорожкиным на обед придет. И ты где-то к часу подтягивайся. Там и доложишь… Ах, Женя! Какая ж ты все-таки молодец! – Да ла-адно… А тетушки за столом все пели… – Хас-Булат удалой, бедна сакля твоя… Примерно через полчаса компания снова распалась. На этот раз тетушки вышли на улицу – «подышать», подружки же, Катя и Женька, оставив мужчин за столом, уединились в комнате именинницы – посекретничать о своем, о женском. – Вон, смотри чего привезла! – Колесникова хвасталась новыми пластинками. – Пьеха, Лариса Мондрус, Миансарова… Хочешь, так возьми послушать. – А возьму, спасибо! Слушай, Макс про тебя все время спрашивал. Когда ты в Ленинграде была… Вот как зайдет, так и спросит! – А что именно спрашивал? – Ну-у… не вышла ли, мол, Женечка замуж! – Да ну тебя! А по правде? – Ну, как ты да что… Мы ж с тобой переписываемся, он знает… – Катерина вдруг задумалась и искоса взглянула на подругу. – Слушай, я краем уха услышала про мужика, что к девчонкам малолетним приставал… Так вот, Наташка Савинкова как-то рассказывала, с ее двоюродной сестрой такое же было, с Янкой. Она в Доме быта работает, Янка-то закройщица, кажется, или портниха… Ну, понимаешь, мы с колясками гуляем, в парке обычно, а когда детишки уснут, сядем на скамеечке и болтаем о том о сем… Так Наташка и рассказала… – Что именно рассказала? К Янке мужик пристал? – тут же насторожилась Женя. Катя сверкнула глазами: – Так а я о чем! Вообще Янка-то нелюдимая. Этакая дылда. Не зря в школе Кочергой дразнили! Так вот – приставал. Или просто хотел познакомиться, да Янка не так поняла… Только это еще прошлым летом было. – А подробнее? – А подробней Наташка не рассказывала. Это надо Янку спросить. * * * – Вот эта тетрадочка называется «Книга происшествий», или кратко – «КП», – потрясая объемистым гроссбухом, важно пояснял усатый капитан, дежурный по отделению Иван Никанорович Глоткин. – Тут все серьезное регистрируется, а всякая прочая мелочь – в «Журнале учета информации», в «ЖУИ», – вот здесь вот. Дежурный кивнул на потрепанную амбарную книгу и продолжал: – Срок рассмотрения «КП» – три дня, максимум десять, согласно уголовно-процессуальному кодексу… По «ЖУИ» можно и месяц отрабатывать – нарушения не будет… А что вы ничего не записываете, товарищ журналист? Левушкин смущенно улыбнулся: – Просто я вас внимательно слушаю, товарищ капитан. А записывать потом буду. – А-а, ну если так… – И, если возможно, зовите меня просто Николай. Без всех этих церемоний. – Тогда и я не «товарищ капитан», а Никанорыч или Иван Никанорыч. – Договорились! – Вы, если что непонятно, спрашивайте, – растопорщил усы дежурный. – Все поясню. Это вот у нас рация. Сейчас с патрулем свяжемся! Нажав на пульте какую-то кнопку, Иван Никанорович взял микрофон: – Настурция! Гладиолусу ответь! Настурция, ответь Гладиолусу! Вместо ответа в динамике послышались треск и шипение… – Да чтоб тебя! Дежурный треснул по пульту ладонью. – Настурция! Гладиолусу ответь! – Московское время пятнадцать часов! – с удовольствием и очень чисто отозвался голос в динамике. – В Ашхабаде – семнадцать, в Караганде восемнадцать… – Ну, не совсем еще у нас хорошо со связью, – хмыкнув, выключил рацию капитан. – А в таких случаях что? Наряд отзванивается по телефону. Примерно раз в час. О, слышите? |