Онлайн книга «След у черной воды»
|
— Давай! — Ты пока пластинку поставь какую-нибудь. А то в тишине сидим, как декабристы! — Хорошо. А розетка где? — Да вон, под резинкой. В дальних деревнях почему-то сильно боялись шаровых молний и вообще — гроз, всерьез считая, что шаровая молния может влететь в избу из розетки. Видать, и вправду бывали случаи. Поэтому все розетки в сельских домах обязательно закрывались резиновыми фартучками, вырезанными из старого сапожного голенища, такими же, какие шли и на «хлопалки» — бить мух. Радиола «Рекорд», похожая на большой деревянный ящик, стояла на тумбочке, в простенке меж окнами. Пластинки лежали в тумбочке. И старые, бабушкины, тяжелые, на семьдесят восемь оборотов, которые давно уже никто не слушал, и новые — те, что Леночка привезла с собой из дома. Большие везти было неудобно, привезла маленькие: и виниловые, и гибкие, и многие даже без конвертов. Сунув вилку в розетку, Таня, дожидаясь, пока «глазок» радиолы станет насыщенного изумрудно-зеленого цвета, принялась выбирать… — Жан Татлян[19]… Ансамбль «Дружба»… Джорже Марьянович — «Рыжая девушка»! А ну-ка… Зазвучал бодрый ритм ча-ча-ча. Проникновенный голос популярного югославского певца запел о рыжей девчонке… Тут вернулась и Леночка, с квасом и колбасой. Так, пританцовывая, колбаску и резали… Потом яйца — хорошие, с оранжевыми желтками, от своих кур! Песенка кончилась, поставили Татляна — «Фонари». Осталось налить квас да заправить сметаной, точнее сказать — домашними сливками. Открыв большую бутыль из-под какого-то импортного вина, Таня закашлялась: — Лена! А это точно квас, а не брага? — Да квас! Дядя Коля вчера приезжал — пробовал. Говорит — ух! Ну, хочешь, тоже выпьем постаканчику на пробу. Выпили. — Ну да, квас, — покивала Татьяна. — Ой, а мне что-то захорошело! — И мне! — Слышь, Лентя… Давай еще что-нибудь веселое поставим! Ну да, пора уже было — очередная пластинка закончилась. С улицы сквозь распахнутые, затянутые марлею окна донесся треск мотора, и вскоре мимо избы, мимо подружек пронесся на своем модном мопеде красавчик Мишка Лестяков, давняя мечта девчонок. Прокатил не один — на багажнике сидела тощая девчонка в закатанных спортивных штанах и футболке, с импортным пакетом в руке. — Нет, ты видела? — Подружки возбужденно переглянулись. — Это что, Лерка, что ли? — С Мишкой! — Тихой сапой! — Вот же змея! — Та-ак… — Леночка задумалась. — Интересно, куда они? — На речку, наверное. А мы-то на Галку думали! Ишь, пакет-то — цветной! Полиэтиленовый. Верно, ГДР! А вот бы их проучить! — Точно! — обрадовалась Татьяна. — Сахару в бак насыплем, в другой раз будет знать! Леночка поморщилась: — Нет, сахар не надо. Лучше за ними проследим. И пакет этот спрячем! Пущай поищут. — Ага! Позабыв про окрошку, подружки выскочили из дому и понеслись к речке. Неверную парочку они обнаружили там, где и ожидали, — на дальнем пригорке, за ивняком и смородиной. Лежал в траве красно-белый мопед, рядом, вытянув ноги, сидели Мишка с Леркой. Болтали, смеялись и ели привезенные в пакете яблоки. Таня закусила губу: — Яблоки жрут! Может, Лерку эту побить? Чтоб знала! — Нет. Все как договорились. Ждем! Если друг оказался вдруг… И не друг, и не враг, а так… Из Мишкиного магнитофона «Весна» доносился хрипловатый голос Высоцкого… Если сразу не разберешь, Плох он или хороо-о-о-о-оу-у-у… |