Книга Последняя электричка, страница 21 – Валерий Шарапов

– Орлова пригласим в помощники?

– Нет. Орлов пусть сам разбирается со своими фантазиями… Ладно, езжай в Москву. А я прогуляюсь немного.

Иван сел в грузовик и уехал. Никитин смотрел на раскинувшиеся вокруг поля и леса. Весна набирала силу, и нежно-зеленый «воздух» медленно обволакивал темные сплетения деревьев. Где-то здесь, в этой местности, скрывается убийца. Человек, который уже убил троих и явно не собирается останавливаться. А Орлов тратит время на поиски невиновной проводницы.

И все же в глубине души Никитин волновался. А вдруг Орлов прав? Вдруг проводница действительно в чем-то замешана?

Слишком много странностей было в этом деле. И каждый новый вопрос порождал еще больше вопросов.

Аркадий шел вдоль насыпи, вдыхая всей грудью свежий весенний воздух, и ощущал, как вечное чувство тревоги и затаившейся опасности постепенно сходит на нет, уступая место какому-то странному, светлому ожиданию покоя и счастья.

Аркадий по насыпи железнодорожных путей дошел до домика смотрителя переезда Федора Ткачева. Небольшая постройка стояла у самых рельсов, выкрашенная в стандартный железнодорожный зеленый цвет.

Подойдя к двери, он увидел прикнопленную записку, на которой было написано неровным почерком: «Уехал за лампочками в Москву».

На всякий случай Никитин заглянул в мутное и темное окошко, но внутри ничего не разглядел. Потом постучал в дверь.

– Федор! Есть кто дома?

Тишина.

Осторожно потянул ручку на себя. Дверь была не заперта, как, собственно, у всех подобных людей типа Федора, которые живут в служебных помещениях и которым нечего утаивать.

Никитин зашел внутрь. Темно и сухо. В углу стояла небольшая печь, на ней лежали подушка и одеяло, под печью – скамья, на которой стояли два чугунка. Пахло какой-то простой едой и керосином.

В другом углу около окна стоял стол, на нем лежали рабочие бумаги и потрепанный журнал с расписанием поездов. А также отметки о сдаче и принятии дежурства, аккуратно записанные химическим карандашом.

Никитин прошелся по комнате, осматривая скудное жилище смотрителя. На стене висели кожаная сумка с сигнальными флажками – в просторечии – флажная сумка. Рядом фонарь. Аркадий снял сумку с гвоздя, заглянул внутрь. Красный и зеленый флажки, свисток.

Присел на табурет возле стола, еще раз внимательно осмотрел записи в журнале. Обычные отметки о прохождении поездов, все как положено.

Посидел еще немного, глядя в верхний темный угол, где угадывался образок и свечи. А также паутина, которую Федор явно давно не снимал.

Все выглядело совершенно обычно. Смотритель уехал в Москву по своим делам – за лампочками, как написал в записке. Такие поездки были нормальным делом для железнодорожников, живущих в отдаленных местах.

Никитин встал, еще раз оглядел комнату и вышел наружу. Аккуратно прикрыл дверь и пошел дальше по насыпи в сторону станции Лопасня.

До электрички в Москву оставалось еще больше часа. Времени хватит, чтобы дойти пешком и обдумать увиденное по дороге.

А думать особо было не о чем. Обычный железнодорожный домик, обычная жизнь простого работяги. Ничего подозрительного или странного.

Убийца явно не имел отношения к смотрителю переезда. Нужно искать в другом направлении.

Никитин ускорил шаг, глядя на приближающуюся станцию. В Москве его ждали новые зацепки по делу.