Книга 12 табуреток. Непридуманные истории о тех, кто не погашает кредиты, страница 19 – Йана Бориз

Сержана больше никто не видел. Правда, коллеги рассказывали о каких-то предприимчивых посредниках по имени Рустем, Нурбол и Азамат, чьи портреты показались нам похожими на «зятя» Елены Степановны. Кстати, вы обратили внимание, что с Гуль он получил не по 1000, а по 2000? Увеличение суммы вознаграждения вполне логично, учитывая, что Гули не собирались ничего отдавать. Что двигало этим персонажем, понятно; а что двигало Еленой Степановной?

Почему события приняли такой печальный оборот? Потому что наивность – очень плохая попутчица жадности.

КРЕДИТНЫЙ ЛИКБЕЗ

Не стоит обольщаться, что независимая оценка поможет увеличить сумму займа. В ней нет никаких секретов. К примеру, автомобиль одной и той же марки одного и того же года выпуска может быть оценён как в 10 млн, так и в 25 млн, хотя его реальная рыночная стоимость составляет 16-18 млн. Всё зависит от сердечности оценщика и от полноты налитого стакана. Если речь идёт о коммерческих объектах, разница может доходить до сотен тысяч долларов! Именно поэтому в кредитных учреждениях есть собственные специалисты по залогам. Советую снисходительнее внимать увещеваниям – мол, предоставим шоколадную оценку и сорвём банк. Дело в том, что кредитчики похожи на великанов, которые, в свою очередь, похожи на лук, то есть многослойные. Они прицениваются не к жидкости в стакане, а к рынку. Но попытка провести на оценке будет расценена как провокация и станет весомым минусом, когда речь зайдёт об одобрении вашего проекта.

Не люблю бизнес-центров. Огромные open space предназначены, чтобы каждый слышал и видел своих коллег. Подразумевается, что в такой обстановке трудящиеся массы не будут отвлекаться на личные дела. Не говорю уже о том, что в open space трудно поправлять чулки и подкрашивать губы; элементарно возникает дискомфорт, когда хочешь поругаться по телефону со своим парнем.

Вторая причина, по которой мне не хочется утомлять бизнес-центр присутствием своих шумных коллег, – отсутствие отдельной входной группы. Не хочется, чтобы наши любимые клиенты бродили по коридорам и натыкались на торговлю косметикой и турфирмы. Это во мне подаёт голос практичность. Например, пришёл клиент погашать кредит, нечаянно заблудился в огромном бизнес-центре, попал в турфирму и вместо того, чтобы погасить свой кредит, приобрёл евротур. Или накупил гербалайфа. Пусть лучше приходит прямо с улицы и приносит вместе с деньгами запах листьев.

Есть и третья причина: помещения в сверкающих стеклом и алюминием высотках сдаются в аренду, в них не рекомендуется менять окна и двери, облицовывать мрамором пол и устраивать кухню. А мне чертовски нравится делать всё вышеперечисленное.

Поэтому, имея в ассортименте предложения от множества бизнес-центров, наша фирма обосновалась в небольшом уютном помещении, переделанном в коммерческое из двух бывших квартир. Входная группа нарядно украшена голубой вывеской, за стеклянными дверьми сидит вежливый охранник. У него не очень много работы, поэтому чувак всегда рад поболтать с клиентом и подсказать тому, к какому из специалистов следует постучаться, а кто сегодня не в духе. В холле можно подождать, развалившись на коричневом кожаном диване, можно посмотреть телевизор, можно поболтать с партнёром. Болтовня особенно приветствуется, потому что в холл выходят две двери, за которыми располагаются мой кабинет и комната менеджеров. А в этих помещениях – рабочие места сотрудников с максимально длинными ушами и завидным любопытством. Сами понимаете, подслушанные разговоры клиентов – самый ценный аналитический материал при принятии решений. Вдоль длинного коридора тянутся четыре кабинета, кладовка, санузлы, и в конце – наше любимое место – кухня. Лучше всего выглядит, конечно, последняя – с по-домашнему тёплым жёлтым кухонным гарнитуром. Именно на кухне проводятся самые горячие обсуждения и принимаются наиболее трудные решения.