Книга Странная смерть Эдика Мохова, страница 41 – Инна Балтийская

– Конечно, сходи! – ответила та. – Наверняка девчонка встретила кого-то по дороге, заболталась. Может, где-то рядом с домом стоит, но еще час запросто проболтать может. Давай за ней, я пока обед подогрею.

Виктор вышел из дома, быстро дошагал до рыночка и выяснил, что девочку там никто не видел. Знали маленькую Танечку там неплохо, продавщица мороженого так вообще узнавала ее издалека по тоненьким русым косичкам. Но в эту субботу девочка к ней не подходила.

Обратно Виктор практически бежал, ворвался в дом и крикнул жене, чтобы быстро обошла окрестные дома: может, девочка зашла к кому-то в гости? Сам он бросился к машине, бросив напоследок, что съездит к «Макдоналдсу» через пару кварталов: может, девочка решила купить мороженое там, а не на рынке и они зря нервничают? Резон в этих словах был – мороженое в «макдаке» дети любили, а очереди там по субботам были нехилые, могли и на час растянуться.

Разумеется, Тани в «Макдоналдсе» тоже не оказалось, и никто из тусовавшихся там одноклассников ее поблизости не видел. Виктор снова поехал домой и лишь тогда, встретившись во дворе с женой, вызвал полицию.

Мы с Георгием сидели в редакции «Городских новостей» и просматривали видеозаписи, раздобытые журналистом с двух заправок по дороге от дома Тани к рынку, с «Макдоналдса» и с заправки возле него. После отстранения Оскара от работы мне, разумеется, никогда не дали бы доступа к этим видео, но у Георгия в полиции был блат, и все видео ему переслали на личную почту.

Голова почти прошла после вчерашнего заезда с забегом по частному сектору. До позднего вечера мы на машине Георгия катались взад-вперед вдоль деревянных домиков, периодически выскакивая из машины, увидев очередного неосторожно высунувшего нос обитателя. Несмотря на лишний вес, Георгий обычно прибегал к финишу первым и тут же совал растерявшемуся местному жителю в лицо журналистскую ксиву, а потом и фотокарточку пропавшей девочки.

Таню в родном квартале знали многие, но, как назло, никто не видел ее субботним утром. Мы опросили и соседей, и работников обеих заправок, намного опередив полицию. Вместе с нами в поисках участвовало десятка два волонтеров. Все были в возбужденном и каком-то приподнятом состоянии. Еще бы, ведь обычно «Лиза Алерт» приступала к делу лишь после того, как заявление принимала полиция, то есть через день или два после очередного похищения. Сейчас же на охоту вышли через пару часов после загадочного исчезновения девочки, и казалось вполне вероятным по горячим следам задержать похитителя и спасти ребенка.

Даша, мать девочки, лежала дома, наколотая успокоительным, и помочь волонтерам ничем не могла. Виктора я видела лишь мельком в его дворе. Обычно спокойный, как удав, теперь он пребывал в сильном нервном возбуждении, я с непривычки даже поразилась его нервному виду и странно дергающемуся лицу. Он казался не то чтобы сильно расстроенным, скорее страшно напуганным и не понимающим, где вообще находится. Он то садился за руль своего фургончика и рвался куда-то ехать, то метался по двору, то вдруг застывал на месте и уходил в себя, словно что-то припоминая. Помощи в поисках от него не было никакой, и в конце концов его попросили посидеть дома и поработать координатором.

Мы побывали и в «макдаке», хотя туда добрались лишь после полиции, и перепуганные студенты за прилавком никак не хотели с нами беседовать, несмотря ни на какие удостоверения журналиста. Вокруг одноэтажного здания с крупными красными буквами «МД» стояли детские карусели и качели, на скамеечках сидела детвора и парочка уютных бабусь в не по погоде теплых куртках, но и они ничего подозрительного утром не замечали. Полиция добралась первой и до одноклассников Тани, которые тусовались утром возле «макдака», но те лишь подтвердили сказанное утром – Таню они не видели.