Онлайн книга «Охота на волков»
|
Цены такому человеку, как Ашот, не было. Шотоев, прежде чем зафрахтовать передвижную мастерскую Ашота, дважды водил армянина в ночной ресторан, после чего они отправлялись с девочками в кабинеты, где очень недурно заканчивали «трудовую» ночь. Шотоев и в этот раз нашел Ашота в ресторане – тот проводил время в обществе румяной блондинки с толстой косой, перекинутой со спины на грудь. Выслушав Шотоева, Ашот улыбнулся широко, золотозубо и положил руку на его плечо. – Мне нравится, как ты работаешь, друг. Все сделаю, что ты просишь, выпеку с конвейера три машины… Денег с тебя брать не буду. Шотоев сделал возмущенный жест: – Как же… – Мы произведем натуральный обмен, бартер: я тебе переделанные машины, а ты мне поможешь убрать одного неприятного человечка. – Баш на баш? Годится. – Тогда по рукам. Толковые специалисты у тебя для этого дела есть? – Специалисты у меня, Ашот, всякие найдутся, – лучась синими глазами, сияя улыбкой, проговорил Шотоев. Он напоминал сейчас не бизнесмена, не могущественного теневика, не дона Карлеоне местного разлива – нет, был похож на очень удачливого дипломата, сделавшего стремительную карьеру, из младших клерков, разносивших пакеты по учреждениям, вдруг превратился в посла, либо стал писателем, в одно утро неожиданно проснувшегося знаменитым. И то и другое в нашу пору возможно: не только послами, даже министрами иностранных дел становятся люди, ни одного дня не проработавшие в посольстве за границей, – вот что значит умело, в нужное время преподнести папочку, вот что значит точный расчет и поклон с улыбкой на лице. Не говоря уже о писателях: сочинить какую-нибудь «клюкву» о любовниках Екатерины либо о том, как Ленин заболел сифилисом, а Сталин стал родным братом Гитлера и двоюродным – Троцкого, не стоит совершенно ничего, было бы только желание. Внутренние затраты маленькие, расходы – лишь на чернила, а шума много. Очень легко стало делать себе имя на тенях прошлого, похлопывать по плечу ушедших из жизни великих людей. Раньше это считалось амикошонством, чем-то неприличным, а сейчас это – норма жизни. Впрочем, криминал тоже стал нормой жизни. Кстати, Ашот, одетый в дорогой, сшитый из плотного шелка костюм, тоже выглядел на пять с плюсом – этакий преуспевающий владелец сети магазинов типа «Маркс энд Спенсер», человек, у которого куры денег не клюют, на иждивении находится три театра, два цирка, издательство и шесть домов терпимости, – Ашот тоже производил выгодное впечатление. – По рукам! – согласился Шотоев и встал со стула. – По рукам! Бобылев уехал на охоту, за старшего у боевиков остался Пыхтин. Шотоев пришел к нему чуть навеселе, пахнущий ананасами и шампанским, Пыхтин с его тонким нюхом уловил запахи сразу, по веселому виду шефа понял, что тот обо всем договорился с «коллегой». – Ну что, Афганец, за дело родины и партии постоять готов? – спросил Шотоев. – Всегда готов! – Так, кажется, когда-то в своей клятве талдычили пионеры? – Не так, но это не суть важно. – А как? – Уже не помню. …На следующий день к особняку подкатила дальнобойная фура с московскими номерами, в кабину сел Пыхтин, внутрь фуры запрыгнули Федорчук и Рябой и громоздкий вагон этот отправился в вольное плавание. К вечеру «гараж» шотоевского хозяйства пополнился двумя легковушками – зеленой «пятеркой» с усиленным движком от третьей модели на полторы тысячи кубиков и синей «шестеркой». Машины сияли свеженькой краской и были как новенькие – собственно, старыми они и не были: на спидометре одной стоял пробег шестнадцать тысяч километров, на спидометре другой – двадцать восемь пятьсот, родной цвет «пятерки» был бежевый, «шестерки» – «молодой липы», как было указано на баночке краски, оставшейся в багажнике… |