Книга Архонт северных врат, страница 72 – Макс Гаврилов

– Здарова! – Синий вынырнул из-за портьеры и плюхнулся напротив. – Поел уже?

– Ага, – лениво протянул Бес, затягиваясь сигаретой. – Решили?

– Да, че там решать то? – усмехнулся Синий, размяв бычью шею. – Штраф заплатил, телку в больничку отвезли, сотряс у неё да пара синяков.

Он достал из кармана скрученные в рулончик купюры и положил их на стол.

– Кто такой?

– Залетный какой-то. Нажрался как свин, она его обслуживать отказалась, ну он ей в соску и дал. Здесь две штуки. Пятьсот ей на больничку отдали и за стресс, нос вроде цел, через недельку сможет работать. Юра! – он крикнул официанта. – Мне ребрышки на гриле и соточку!

Синий расстегнул три верхние пуговицы на рубашке, обнажив золотую цепь, толщиной в палец. Бес знал, что на ней висит крест, размером с архиерейский.

– Что по Тверской?

– Там измайловские приезжали. Мы с ними стрелканулись, Пыж был, я, Джама и Грач. Потёрли, все вроде решили, они, кстати, тебе подарок потом подогнали. Сказали, что по незнанке на нашу территорию заехали, нормальные пацаны. Подарок в машине лежит, потом притащу, – он ухмыльнулся и тоже закурил. – Там статуя килограммов двадцать,тяжеленная. Сказали, что Бабан сам купил на аукционе каком-то. Восемь кусков зелени, говорят, отдал. Уважает! – закатил он глаза.

Принесли еду. Бес откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, чтобы не видеть, как безобразно жрет Синий. За стойку бара села девушка, которую Бес раньше никогда здесь не видел.

– Это новенькая? – он кивнул Синему за спину.

– Ну ни хера себе! – Синий бросил недоеденное ребро в тарелку и вытер салфеткой губы. – Это чё за чеплашка?

– Так это не наша?

– Залетная, ща решу всё, две секунды!– Синий встал, но Бес удержал его за рукав.

– Погоди, давай сюда её, – он улыбнулся, – займёмся рекрутингом.

– Чем? – прищурился Синий.

– Веди её сюда!

Синий пересек зал, подошел к Мире сзади и взял её за локоть:

– Слышь, ты кто такая?

Мира опешила. Две минуты, как она начала приходить в себя и ноги перестали трястись, а тут опять… Парень лет двадцати семи. Короткая стрижка с бритым затылком, огромных размеров цепь на шее, больше похожая на ошейник бультерьера и такая же бультерьерская, вздутая венами, шея. Но больше всего пугал взгляд злобных, жестких, металлических глаз. Такой раздавит, изуродует, растопчет и ни о чем не пожалеет.

– Простите, но вы все-таки с женщиной разго….

– Рот закрой. Тебя подойти вон там просили, – он кивнул за спину, на отдельный столик за портьерой. Бармен за стойкой растворился в воздухе.

– Пустите! Никуда я не пойду! – она попыталась освободить локоть.

В бок Миры уткнулось что-то острое.

– Слышь, курица! Когда уважаемые люди приглашают, отказываться не принято. Или ты хочешь, чтобы я тебе второй ротик на щеке вырезал? Ты потом даже на трассе работать не сможешь.

Мире стало по-настоящему страшно. Она соскользнула с высокого барного стула и послушно пошла туда, куда вёл её «бультерьер». За столом, к её облегчению, сидел всего один человек. На удивление, он был трезв, хотя выглядел так, как будто одевался пьяным. Черная водолазка плотно облегала развитые грудные мышцы, но отчего-то была заправлена в брюки. Пряжка ремня была массивной и металлической, с огромным логотипом «Montana». Как можно было надеть этот байкерский аксессуар на классические брюки, ей было неизвестно. На шее поверх водолазки – конечно же золотая цепь без подвеса. «Они тут все из общества собаководов что ли?» –промелькнула мысль. Раньше Мира думала, что фильмы о девяностых – это просто стёб и веселый гротеск. Теперь было как-то не до стёба. Венчал этот дикий образ бордовый пиджак, точнее, он наверняка был «малиновым» при дневном свете, но она надеялась, что при дневном свете его уже не увидит.