Книга Субъекты безумия, страница 102 – Чжу Минчуань

Когда заведующий снял со стены мое фото, вместе с ним сорвался листочек с моим именем и должностью. На этом месте я заметил выцветшее изображение, похожее на женский образ с длинными волосами. Будто раньше на этом месте висела другая фотография, которая с течением времени отпечаталась на стене.

Что за фотография висела здесь раньше? Я на мгновение замялся, но потом, не обращая внимания на странный взгляд заведующего, приблизился к стене, чтобы внимательнее рассмотреть отпечаток. Заведующего еще больше разозлили мои действия; он сказал мне выметаться вон из кабинета и не прикидываться дурачком.

Перед тем как выйти, я все же разглядел одно отпечатавшееся слово: Чжан.

Город Увэй провинции Аньхой – родина моей мамы. Ее отец занимался гаданием на брак у храма Юэлао. На самом деле в старом китайском обществе это было своего рода промыслом, которым зарабатывали на жизнь, чтобы хоть как-то прокормить семью. Когда мой дед познакомился с бабушкой, они переехали в Гуанси.

Мой дед довольно глубоко изучал Цзы Вэй Доу Шу[44]и нумерологию; возможно, именно благодаря этому он познакомился с моей бабушкой. На маму огромное влияние оказало ремесло ее родителей, она выросла на гаданиях и предсказаниях.

Когда я был маленьким, мама часто говорила мне, что пока у младенца не зарос родничок, его душа может навлечь на себя злых духов; именно поэтому у некоторых детей есть дар ясновидения, и они способны видеть нечистую силу…

Я никогда не верил в предрассудки и считаю, что они придуманы для запугивания непослушных детей.

Затем я узнал, что незакрытый родничок у новорожденных – это нормальное явление, и обычно он полностью зарастает к одному году. Незакрытый родничок – довольно уязвимое место, и любая неосторожность может привести к травме ребенка.

Каждый раз, когда мне звонит мама и начинает причитать по поводу и без, я нахожу предлог, чтобы повесить трубку. Но однажды я поменял свое мнение о ее «прежней профессии».

В тот день бушевал тайфун, и на Наньнин обрушился сильный ливень. В тот день Ян Кэ не смог отправиться на пробежку. С тех пор как я переехал, это был первый раз, когда он утром пропустил свои привычные занятия спортом.

Утром я встал очень поздно, так как был сильно вымотан, и у меня появились жуткие боли в спине. Когда я вышел из комнаты, то увидел Ян Кэ, делающего отжимания в гостиной. На работе врачи устают до состояния полусмерти; как только у меня освобождается время, все, о чем я мечтаю, – это повалиться на кровать и уснуть. Однако Ян Кэ, видимо, выкован из железа; наверное, он уже и забыл значение слова «усталость».

Увидев меня выходящим из комнаты, коллега принялся наставлять меня, не отрываясь от отжиманий:

– Ты каждый день так поздно встаешь, какой же ты лентяй…

Будучи в полусонном состоянии, прерывая зевоту, я согласился с ним:

– Да-да, я лентяй, а ты нет.

– Хватит бубнить, быстрее собирайся; потом не обвиняй меня, что я тебя не дождался.

Похоже, Ян Кэ уже давно умылся и подготовил одежду; наверное, даже позавтракать успел.

Поторопив меня, он продолжил отжиматься. Вообще занятия спортом сразу после еды могут привести к аппендициту, но я не стал ему об этом напоминать. Не хотел злить своего добродетеля, позволившего мне жить в его квартире за бесценок, – вдруг еще придется ехать на работу на автобусе, а на улице уже начинался ливень…