Книга Молчание греха, страница 9 – Такэси Сиота

* * *

Покинув резиденцию Кидзима, директор Томоя Мимура взял такси до улицы Осанбаси, к востоку от иокогамского стадиона. Мимура болел за команду «Йокогама Тайё Уэйлс», но сейчас, когда завершился бейсбольный сезон, стадион его не интересовал. Рассчитавшись с водителем, он быстро пересел в фургон, припаркованный на улице. Задние сиденья машины были сняты, на стоящем в центре салона столе лежала карта жилых кварталов и письменные принадлежности, в легкодоступных местах висели пять или шесть портативных раций.

В случае похищения людей задействуется система общей радиосвязи, которая обеспечивает связь в любой точке префектуры с использованием портативных раций, которые есть у всех оперативников. L2 должен координировать работу всех оперативников одновременно, поэтому на борту находится несколько следователей. Бывает трудно определить, с какой рации поступил сигнал, поэтому нередки случаи, когда их путают.

Специальная мобильная командная машина L2 вмещает до восьми человек, но сейчас в ней было только пятеро, включая водителя. Когда начнется настоящая битва вокруг передачи выкупа, ближайшая к месту действия L2 станет командным центром.

Как и надеялись преступники, отработанная схема расследования была нарушена. Однако большим успехом стало то, что руководителями L2 и группы поддержки пострадавших удалось назначить таких ярких детективов, как Мимура и Накадзава, и это свидетельствовало о серьезности намерений полиции. Умелые руководители быстро поручили сформировать группу поддержки пострадавших, группу защиты и группу захвата.

«Покатушки», о которых упоминал Мимура, означали работу в L2, и Накадзава подумал, что если там будет командовать Мимура, то, возможно, и ему самому будет легче сражаться.

* * *

В 15:07 зазвонил телефон. По гостиной в доме Кидзима пробежала волна напряжения. Сэндзаки схватил рацию и крикнул: «Входящий звонок, входящий звонок!» L1, L2 и все следователи с рациями внимательно слушали.

Сигэру переместился с полукруглого белого кожаного дивана на ковер и встал на колени, а Накадзава, держа в руках доску для заметок и фломастер, сел рядом с ним. Следователь прижал к уху наушник, поправляя его. Когда Накадзава кивнул, Сигэру снял трубку телефона, к которому был присоединен диктофон. Кассета начала вращаться.

– Эй, почему там полиция? – произнес дурашливый голос, сгенерированный войсченджером.

Это был упреждающий удар, рассчитанный на то, чтобы напугать жертву. Накадзава написал на доске для заметок «разговорите его» и показал её Сигэру, который не мог найти слов.

– Вы… вы похитили Рё?

Связь прервалась. Обнаружить источник звонка не удалось. Накадзава попытался подбодрить Сигэру, и в этот момент снова раздался звонок. Быстро стирая буквы с доски, Накадзава услышал голос Сэндзаки: «Входящий звонок, входящий звонок» – и сделал знак Сигэру.

– Да, Кидзима слушает.

– А, господин Кидзима?

На этот раз говорил мужской голос без войсченджера.

– Говорят из полиции префектуры Канагава. Вам только что звонил преступник, верно?

Преступник! Когда Сигэру увидел слово «преступник», написанное Накадзавой, он закричал:

– Какая полиция? О чем вы говорите?

– Нет-нет, не в этом дело, господин Кидзима. Мне нужно поговорить с нашими сотрудниками, которые сидят у вас. Срочно. Передайте, пожалуйста, трубку.