Онлайн книга «Молчание греха»
|
Мондэн, вернув Сэндзаки журнал, вздохнул и скрестил руки на груди. – Да, это производит неприятное впечатление. Показывать лицо человека, пусть даже они не приводят полного имени, а дают только инициалы… Прокручивая в голове то, что он узнал из статьи в журнале «Фридом», Мондэн наблюдал за реакцией своих собеседников. – Это дело рук еженедельника, или, точнее, средств массовой информации. Сэндзаки заменил слово «еженедельник» на «СМИ», желая этим обобщением подчеркнуть, что газетные репортеры не должны вмешиваться в дела других людей. Заранее отвергнув какие-либо возражения, детектив превратил тесный салон автомобиля в комнату для допросов и сразу же пресек возможность неформального разговора. С одной стороны, Мондэн почувствовал негодование, поскольку газеты не публикуют настолько вульгарные статьи, но, с другой стороны, он не был уверен, что газетные публикации о расследованиях, написанные с учетом политических веяний в соответствии с рекомендациями прокуратуры, можно считать «хорошей манерой», и усмехнулся сам себе. – Ну, полиция тоже этим часто занимается. Томиока, сидевший за рулем, выдержал паузу и снова завел «приус». Мондэн, у которого из-за такого разделения ролей между ветеранами сложилось впечатление, что это все-таки комната для допросов, приготовился к дальнейшему развитию событий. – На публикацию была какая-нибудь реакция? – Ну, если даже вы сами не знаете об этом… – А в интернете? – Кое-что было, но утонуло в других новостях. Мондэн знал Рё Найто в лицо. Он видел его, когда Рё вернулся из школы, а Мондэн как раз пришел в дом Кидзимы попросить об интервью. Рё в то время был в выпускном классе старшей школы и ходил на курсы подготовки к поступлению в университет, и, несмотря на юный возраст, от него веяло своего рода сексуальной привлекательностью. Мондэн протянул ему свою визитку у входа в сад, но Рё только склонил голову, сказал: «Мне очень жаль», – и, ни разу не обернувшись, пошел к входу в дом, оставив Мондэна стоять с визиткой в руках. Тому ничего не оставалось делать, как уйти с чувством разочарования. – Значит, он стал художником… Мондэн, глядя в окно, вспомнил фотографию Рё в еженедельнике. Накадзава умер всего через несколько дней после публикации этой статьи. Конечно, это совпадение, но, когда происходят какие-то события, между их отдельными точками нередко обнаруживаются неожиданные связи. Срок исковой давности по тем инцидентам истек в декабре 2006 года. Рё окончил среднюю школу девятью месяцами ранее и исчез, не поступая в университет. Пятнадцать лет спустя о его местонахождении впервые стало известно из публикации в еженедельном журнале. О том, что Мондэн не утратил интереса к этому делу даже после истечения срока давности, Сэндзаки, должно быть, знал от Накадзавы. Эта статья, не привлекшая особого внимания общественности, стала важной вехой для участвовавших в деле детективов и репортера. – Господин Сэндзаки, вы ведь служили в одной группе с господином Накадзавой? – Я был членом группы по содействию пострадавшим и ходил в дом Кидзимы к бабушке и дедушке Рё Найто. Сэндзаки, который в то время был молодым детективом, отправился вместе с Накадзавой в резиденцию Кидзимы, родственника второй жертвы похищения. Дед, Сигэру Кидзима, нес сумки с деньгами для выкупа, Накадзава его инструктировал, а Сэндзаки был водителем автомобиля. Даже после того как Сигэру оставил сумки с выкупом в назначенном месте, вернулся домой и лег спать, он оставался на страже в особняке Кидзимы. Это беспрецедентное нераскрытое дело навсегда осталось в памяти расследовавших его детективов. |