Онлайн книга «Молчание греха»
|
Противостояние полиции и преступника происходило в парке Минато-но-Миэру-Ока, где должна была состояться передача наличных. Сигэру обвинил полицию в том, что она не смогла проследить за подозреваемым, стоявшим на мосту. К югу от моста находился Музей современной литературы Канагавы, и Юми вспомнила, что в блокноте Масахико было написано: «Одзаки – Литературный музей». Ясуо Одзаки – одноклассник Масахико в средней и старшей школе, и их вместе дважды арестовывали. – Пока нет никаких признаков того, что информация о каком-либо письме просочилась, и я думаю, что Сигэру вполне искренне недолюбливает полицию. Так что, по моему мнению, все будет хорошо. Говоря, что все будет хорошо, Сакуносукэ имел в виду, что Рё будет воспитываться семьей Кидзима и что Юми с Такахико вернутся к своей нормальной жизни, как будто ничего не произошло. Другими словами, это означало возвращение к ситуации 1991 года, до того как произошел инцидент. – Но я не думаю, что мы можем судить о действиях полиции только на основании рассказа арт-дилера и одной газетной статьи, – решительно возразил Такахико. Юми тоже кивнула в знак согласия. – Конечно, вы совершенно правы. Но если пытаться найти дальнейшие подтверждения, то мне придется идти на гораздо более опасные ухищрения, а рисковать не хотелось бы. – Простите, господин Сакуносукэ… – Нет, я не хочу, чтобы вы извинялись, но время уже действительно приближается. Тут Юми наконец начала догадываться о целях визита Сакуносукэ. Он пришел именно что для «реалистического» разговора. – Президент Сакаи беспокоится, как будет у Рё со школой. Юми, оказавшись как бы в луче направленного на нее прожектора, почувствовала, как ее сердце сжалось. – Я предложил купить Рё ранец, чтобы соседи думали, что он ходит в школу, но господин Сакаи считает, что должен быть предел лжи. И соседи могут начать присматриваться внимательнее. Полиция уже приходила с проверкой контактов, и нет никаких сомнений в том, что она постепенно сузит сеть. То, что говорил Сакуносукэ, было совершенно справедливо, и срок определенно приближался. Пора было морально подготовиться. – Честно говоря, Рё уже должен учиться в первом классе. Чем дольше откладывать, тем труднее ему будет нагонять сверстников. Вдобавок к этому Юми беспокоила вакцинация. Если б он вдруг серьезно заболел, на ее душу лег бы непростительный грех. – И вам двоим нужно вернуть вашу жизнь в нормальное русло. Юми снова вспомнила слова Сакуносукэ: «Все будет хорошо». Она никак не могла убедить себя, что расставание с Рё – и, возможно, навсегда – это «хорошо». В то же время Юми устала убегать. У нее вошло в привычку просыпаться в холодном поту от кошмарных снов о болезни Рё и о визите полицейских. Наступила тишина; все, казалось, подбирали слова. Серьезность сложившейся ситуации стала очевидна. – Самое время, не так ли? В хриплом голосе Такахико прозвучала боль. Не в силах больше это терпеть, Юми закрыла глаза платком. Только Сакуносукэ не утратил веселости. – А пока давайте пойдем спать, – подвел он итог. * * * На следующее утро Сакуносукэ достал из своей дорожной сумки бамбуковую ветку. – Скоро Танабата[34], давайте ее украсим бумажками с пожеланиями, – предложил арт-дилер, который с утра был в приподнятом настроении. Рё начал писать свое желание на полоске бумаги, глядя на Сакуносукэ, который застыл на месте. Под его взглядом мальчик, смутившись, отложил карандаш и быстро перевернул полоску бумаги. |