Книга Фотостудия «Радуга», страница 29 – Ким Чжэхи

– Хм, но это и есть моя квартира. Там всего одна комната. Я живу одна в студии.

– А, понятно. Завидую, я живу с родителями.

– А где?

– В районе Пангё.

Сугён ахнула от неожиданности. Это был тот самый дорогущий дом знаменитости, который она недавно видела в Facebook.

«Так и есть, –  подумала она, –  рубашка от Тома Брауна, рюкзак и джинсы класса люкс –  он одет совсем не как обычный человек». Сугён внезапно разозлилась. Когда они сидели в «Радуге» и разговаривали, она этого не замечала, но чем больше она узнавала Им Чжинсона, тем больше чувствовала разницу в их жизненных положениях, и ей это не нравилось.

– Я хочу наслаждаться жизнью в одиночестве, без вмешательства родителей. Слышал, что число людей нашего возраста, живущих самостоятельно, скоро превысит миллион. И я тоже хочу просто не делить ни с кем квартиру, как в шоу «Я живу один»[22], –  ярко улыбаясь, сказал Им Чжинсон.

Сугён опустила глаза и сказала:

– А вы знаете, что около двадцати тысяч человек живут в подвалах, в квартирах на крышах или в общежитиях? Это я в документальном фильме видела, так что, наверное, цифры верные. В том документальном фильме показывали, что больше половины молодых людей, живущих там, чувствуют себя подавленными и одинокими. Чжинсон, если у человека нет денег, подобное существование превращается в ад. Условия отвратительные, да и аренда неподъемная.

Им Чжинсон посмотрел на Сугён, собираясь что-то сказать, но передумал.

– Думаю, вам пора идти. Начальница уехала по работе, поэтому мне нужно разгребать дела одной. –  Девушка завершила беседу и ушла в кабинет.

Сугён стало не по себе. Она не была влюблена в Им Чжинсона, всего лишь консультировала его в рамках работы, помогала и отправляла ему сообщения с советами о поднятии самооценки. Но отчего-то она все равно испытывала неприятные горькие чувства.

Им Чжинсон был на четыре года старше Сугён, он успел отслужить в армии и получить хорошую должность. Однако девушка знала, что и через четыре года ее жизнь вряд ли изменится к лучшему. Ее родители из провинции будут каждый день под палящим солнцем трудиться на ферме, чтобы заработать денег. А в межсезонье они так и будут арендовать ресторан и развозить еду.

Сугён тоже все еще должна была зарабатывать на жизнь, платить за квартиру, обеспечивать себя и оплачивать курсы.

«Смогу ли я, работая сейчас в «Радуге» и изучая фотографию, через четыре года открыть подобную студию или проводить фотосессии?» –  Сугён вдруг почувствовала, как надежда на будущее, которую она питала все это время, рухнула. Она посмотрела на фотографии своей комнаты в галерее телефона: белье и футболки, висящие на самодельной многоярусной сушилке; утюг, стоящий на компьютере; груды книг и коробок, из-под которых выглядывала одежда. Все эти вещи загромождали пространство, потому что в квартире попросту не было ни кладовки, ни хотя бы уголка, где их можно было бы сложить. Сугён даже собиралась все выбросить, но не смогла. У нее не хватало денег купить что-то новое.

В конце концов, у бедных людей нет не только денег, у них также нет места для хранения вещей, у них нет свободы от сырого белья и у них нет смелости или уверенности, чтобы гордо улыбаться перед другими и говорить: «Я так счастлива жить одна».

Вот насколько полна стыда и страха жалкая жизнь нищей молодежи.