Книга Закусочная Юми. История душевной еды, страница 12 – Ким Чжэхи

Иногда я думаю, действительно ли ты меня любишь, потому что ты редко мне об этом говоришь. Ты беспокоишься из-за того, что набрал вес, но для меня ты все такой же, как и раньше, не переживай. Я куплю тебе новую обувь для встречи с родителями. Сама хочу пойти в туфлях на каблуке. Ни в коем случае не отказывайся от моего подарка и, даже если возражаешь, все равно надень. В любом случае береги здоровье и, если поступишь в аспирантуру, учись старательно. Я тоже буду усердно работать.

Твоя гордость Йонген

Когда Тетушка дочитала письмо, они с Юми радостно улыбались, смотрели на Йонген с блеском в глазах. Письмо, написанное молодой женщиной, полной любви, передавало все ее эмоции.

Йонген вспомнила, что не нашла в себе силы послать письмо адресату, потому что оно было слишком сладким и неловким, и она просто выбросила его в мусорку. Ее сердце сжалось. Она решила расстаться с мужчиной, которого так сильно любила.

В этот момент на мобильный телефон Йонген пришло сообщение. Это был ее муж.

Твоя мама сказала мне, что ты пошла в «Закусочную Юми» рядом с банком, в котором раньше работала. Йонген, я сейчас подъеду к ней. Я заехал к теще и приехал с Боми. Давай увидимся. Выйди ко мне.

Йонген посмотрела в окно. В машине спала их дочь, а муж шел к кафе. Йонген вскочила и открыла дверь.

– Это та самая закусочная, где мы когда-то встретились и ели кимпап? «Юми кимпап» из «Закусочной Юми», да?

Йонген кивнула.

– В этом кимпапе тофу, нарезанный на маленькие кусочки, был таким сладким.

– Он и сейчас такой же. Я только что съела его.

Хёнсок кивнул.

– Кажется, мы обедали здесь до того, как начали встречаться.

– Да, это здесь. Давай выйдем на улицу и поговорим.

Они вышли. Хёнсок посмотрел на спящую в машине дочь, затем сжал дрожащие руки в кулаки и произнес:

– Дай мне шанс. Мы можем начать все заново, я постараюсь все исправить. Будем вместе обсуждать и решать все вопросы, включая мою работу. Пожалуйста, дай мне шанс.

Ресницы Йонген подрагивали, она смотрела то на дочь, то на Хёнсока. Тетушке стало любопытно, о чем они говорят, и она открыла окно, спрятавшись за занавеской, и прислушалась к их разговору.

Глаза Хёнсока покраснели, и он заговорил срывающимся голосом:

– Дорогая, Йонген, мама Боми. Я хочу снова поесть твою жареную картошку. Когда я учился в средней школе, моя мама часто болела и лежала в больнице. Однажды я вернулся домой после школы и почувствовал запах жареного картофеля. Я сразу понял, что это пахнет не та еда, которую приносила тетя, заботившаяся обо мне в отсутствие мамы. Это был аромат маминой еды. Я крикнул: «Мама!» – и пошел на кухню. Я сразу съел картошку вместе с рисом. Тот запах из детства теперь похож на аромат твоей еды. Ты для меня так же важна, как и моя мама.

Йонген, дрожа, слушала его. Хёнсок сказал, что, когда она готовит жареную картошку, он вспоминает свою покойную мать. Потом он обнял ее.

– С того момента, когда между нами стали возникать проблемы, деньги с бизнеса были растрачены, я не притрагивался к блюдам, которые ты готовила. А потом ты и вовсе перестала готовить.

Из глаз Йонген покатились слезы, как жемчужинки.

– Пожалуйста, готовь снова… Я хочу, чтобы ты снова творила на кухне. Прости меня. Я изменюсь и стану лучше. Давай заберем ваши вещи и вернемся домой с Боми?