Книга Судный день, страница 190 – Стив Кавана

– Хорошо. Просмотри наши досье еще раз. Просто чтобы убедиться, что нет никаких ошибок. Начинай с евреев, а затем двигайся дальше.

С этими словами Пастор перекинул через голову ремень своей сумки, поправил шляпу и вышел из машины. Пройдя по дорожке, он открыл входную дверь Фрэнсиса своими ключами, вошел внутрь, плотно закрыл ее за собой и натянул резиновые перчатки. Потом достал из сумки лэптоп, поставил его на журнальный столик в гостиной, открыл и включил. Вытащил рулон с планами губернаторского особняка, какую-то пластиковую папку и разложил все это на диване.

Направляясь к задней двери, Пастор бросил взгляд на пол кухни, все еще слыша у себя в голове те звуки, которые издавала Эстер, пытаясь хватать ртом воздух. В замке задней двери торчал ключ. Он повернул его, но прежде, чем успел открыть ее, заметил, как некая фигура перемахнула через забор в задней части двора и быстро исчезла из виду, нырнув в высокую траву.

Пастор быстро присел на корточки, а затем завалился на спину и выхватил свой «Глок», нацелив его на прозрачное окошко в верхней части двери.

Как только за стеклом появится чья-нибудь голова, он пустит в нее пулю.

Блок

Подкрутив объектив на максимальное увеличение, она сделала несколько снимков, но из-за шляпы лицо того человека по-прежнему оставалось в тени. Как только фигура скрылась внутри, Блок выкрутила руль, развернула машину и доехала до конца квартала. Держа телефон в руке, она набрала знакомый номер, зачитала номер черной машины и попросила быстро дать ответ в текстовом сообщении, после чего сразу же отключилась.

Над головой у нее пролетел вертолет. Это был уже второй вертолет, который попался ей на глаза за сегодняшний день.

Сразу за домами начинались деревья, отделявшие этот коттеджный поселок от соседнего. Блок пробиралась сквозь них, пока не уткнулась в забор на задах владений Эдвардса. Футов пяти в высоту, крепкий. Разбежавшись, она перемахнула через забор во двор. Обвела его взглядом. Газон давно не стригли. Несколько скамеек, сарай для садовых инструментов, мощеная площадка у задней двери, уставленная садовой мебелью… Пригнувшись и стараясь не шуметь, Блок двинулась к задней двери, которая, как она предположила, вела на кухню. За окном гостиной никого не было видно.

Последние шаги до двери она преодолела, полуприсев и пригнув голову. Держа Мэгги в правой руке. Левую уже подняла над головой, чтобы дотянуться до дверной ручки. Но тут остановилась. Подумала, не стоит ли заглянуть в стеклянное окошко в верхней половине двери. Иначе непонятно, с чем там можно столкнуться. Возможно, мужчина в панаме был вооружен. Так что глянуть стоило. Совсем по-быстрому. Одним глазком.

Стандартная процедура для полиции – входить без стука. Если есть возможность быстро глянуть в окно, получить какое-то представление о расположении дома и людях внутри, – это просто золото.

Сердцебиение резко ускорилось. Дыхание не было затрудненным, но выброс адреналина, разлившегося по телу, усилил работу легких. Тренировки и правильный хват не давали тяжелому револьверу дрожать в руке. Блок ненадолго замерла, прикрыв глаза и восстанавливая контроль над дыханием.

Она боялась. И это было совершенно нормально. Каждый полицейский испытывает страх прямо перед тем, как открыть закрытую дверь. Каждый без исключения. Страх обостряет чувства, но также и приводит к ошибкам. Избавиться от этого страха нереально, остается лишь по возможности контролировать его. В Блок уже раз стреляли, во время ее службы в полиции. Пули принял на себя бронежилет, но она никогда не забывала об этом. Поэтому-то и носила с собой это подобие артиллерийского орудия, как следует насобачившись с ним обращаться. Благодаря тренировкам и хорошо развитым инстинктам она могла на секунду опередить любого другого человека в любом доме. А этого было достаточно, чтобы Мэгги успела выпустить одну-единственную пулю. Которой должно было хватить за глаза. Блок больше не хотела оказаться в ситуации, когда одной пули окажется недостаточно. Нет уж, спасибо. Особенно сегодня, когда ее кевларовый бронежилет благополучно остался в «Лисичке» вместе с прочим ее имуществом.