Книга Судный день, страница 184 – Стив Кавана

– Наверное, я не фармацевт.

– Жертва тоже не была фармацевтом. Она изучала химию, а не фармакологию. Вы не находите, что это довольной необычный набор веществ, чтобы найтись у кого-нибудь под ногтями?

– По моему опыту, под ногтями можно найти много чего необычного, – парировала Банбери.

Надо быть пожестче. Набить еще гвоздей.

– Тогда позвольте мне перефразировать: вы когда-нибудь находили подобную комбинацию веществ под другими обрезками ногтей, которые вам доводилось исследовать?

Док Банбери кивнула, едва заметно. Она понимала, что мы сейчас ведем словесную перестрелку и что это для меня какой-то ключевой момент. Хотя понятия не имела, к чему я клоню. Никто этого не понимал. Кроме Кейт, Гарри и Блок.

– Нет, – сказала Банбери, – не думаю, что когда-либо находила такое сочетание веществ в срезах ногтей. Хотя, с другой стороны, все подобные образцы в той или иной мере отличаются друг от друга.

Доктор думала, будто успешно парировала очередной удар. Я и хотел, чтобы она так думала.

– И вещества, обнаруженные под такими вот обрезками ногтей, могут дать нам важные улики, верно?

Теперь уже она была более осторожна, но ей ничего другого не оставалось, кроме как ответить утвердительно.

– Да, они могут рассказать свою историю. Например, кто именно оставил царапину у кого-то на спине.

Банбери отстреливалась любым доступным ей способом. Мне приходилось пока что не обращать на это внимания. Я держал в голове более широкую картину, но мысленно отложил в голове ее ответ. Который собирался скомкать и швырнуть ей обратно в физиономию.

– Просто для ясности: вы анализировали вещества, обнаруженные на ногтях, а не сами ногти?

– Верно, не было нужды исследовать ДНК собственно ногтей. Их происхождение было очевидным и уже установлено на основании свидетельства предоставившего их шерифа. К тому же извлечение ДНК из человеческого ногтя – гораздо более сложный процесс.

Настал момент напрячь палец на спусковом крючке.

– Обвиняемый по этому делу, который отрицает какую-либо ссору с жертвой, не помнит, чтобы его царапали. Он не знает, откуда эти царапины взялись у него на спине.

– Ну а что еще вы от него ждали? На мой взгляд, все тут ясно.

– Доктор, я хотел бы показать вам фото жертвы. Это фотография обвинения номер два.

Секретарь суда нагнулась под свой стол и вытащила оттуда увеличенную фотографию жертвы, лежащую на земле за баром Хогга.

– Для начала я хотел бы поблагодарить обвинение за то, что они увеличили этот снимок. Он полезен и для стороны защиты. Доктор Банбери, взгляните, пожалуйста, на ногти жертвы.

Банбери сняла очки для чтения, повернулась и уставилась на фотографию.

– На ногтях у жертвы ярко-красный лак. Доктор, при изучении обрезков ногтей жертвы вы не упомянули лак для ногтей в числе тех обнаруженных компонентов, которые не относились к генетическому материалу.

Банбери сглотнула, после чего выдавила:

– Да.

– Где сейчас эти обрезки ногтей?

– В моей лаборатории.

– Доктор, подумайте хорошенько, прежде чем отвечать, но все-таки, насколько я понимаю, на обрезках ногтей, которые вы исследовали, не имелось следов лака для ногтей, так ведь?

Банбери заколебалась, глядя на фотографию. Присмотрелась к ней, прищурившись и сосредоточив внимание на ногтях.

– Лак мог облупиться, когда срезали образцы, – наконец произнесла она.