Книга Судный день, страница 172 – Стив Кавана

Он медленно сел, не спеша вытянув правую ногу. Корн нуждался в боли в этот день, поэтому чуть сильней затянул кожаную манжету. Утром нога сильно кровоточила, и он наложил дополнительные бинты и марлю, чтобы остановить кровь. И все равно по дороге обнаружил на штанине своих темно-серых брюк сырое пятно. Практически никто этого не замечал, а у него уже не было времени заехать домой и переодеться.

Сидящие за столом, конечно же, тоже ничего не заметили. Все уже возобновили свои разговоры, за исключением Шипли и Пэтчетта.

– Рад вас видеть, губернатор, хотя я думал, что после встречи на химическом заводе вы сразу же направитесь обратно в Монтгомери, – сказал Корн.

– Так и было, но потом мне позвонил наш новый шериф, присутствующий здесь. Очень ответственный человек, – ответил Пэтчетт.

Шипли прочистил горло и повернулся к Корну:

– Мы получили сообщение о серьезной угрозе. Судя по всему, некая экстремистская группировка планирует полномасштабное нападение на особняк губернатора. Цель состоит в том, чтобы захватить губернатора в заложники и убить всех остальных в здании.

– Насколько надежна ваша информация? – спросил Корн.

– Сведения на сто процентов точные, – сказал Шипли.

– Он прав, – добавил Пэтчетт. – Через четыре часа после звонка Шипли моему советнику по безопасности позвонили из ФБР и сказали, что там узнали об этом по своим каналам. Все это более чем реально.

Корн на секунду задумался, как это исполняющий обязанности шерифа мог услышать о планируемом теракте против известного общественного деятеля раньше Федерального бюро расследований.

– Господи… И уже известно, кто за этим стоит?

Шипли собрался что-то сказать, но губернатор прервал его:

– Естественно, левые радикалы. Наверняка какая-то военизированная ячейка той же «Антифа» [57]. Эта страна находится под угрозой, и вы это знаете. И мы должны быть готовы встретить этого врага лицом к лицу.

– Будьте уверены, губернатор, именно так мы и поступим, – заверил его Шипли.

Корн уже не в первый раз заметил, что радужки глаз у Шипли настолько темно-карие, что кажутся черными. Пламя от чайной свечки, стоящей на столе, угодило в ловушку этих глаз, словно их темнота потянулась, чтобы схватить это пламя – а потом утопить его в беспросветной черноте.

– Полагаю, что здесь я в такой же безопасности, как и в любом другом месте. Может, даже и в большей, с нашим новым шерифом, – сказал Пэтчетт. – Это мой родной округ. А потом, сейчас здесь проходит этот судебный процесс, а через несколько дней состоятся похороны нашего бывшего шерифа. Так что на данный момент мне есть смысл оставаться здесь.

– Что ж, я просто рад, что вы еще какое-то время сможете наслаждаться нашим гостеприимством. Времена нынче опасные, – сказал Корн.

– Вы мне это говорите? – отозвался Пэтчетт. – Вы в курсе, что президент подозревает, что демократы попытаются украсть у него победу в следующем году?

Много лет назад отец Корна имел кое-какие дела с нынешним президентом. И считал его таким же болваном, как и всех остальных в Нью-Йорке.

– Президент много чего говорит. Но мне до него нет дела. Нам нужно беспокоиться насчет…

Но Корн не успел закончить фразу.

– Уже нет, – перебил его Шипли. – Мои люди проследят за тем, чтобы губернатор оставался в безопасности, используя все средства, имеющиеся в нашем распоряжении.