Книга Судный день, страница 105 – Стив Кавана

Патриция сидела в первом ряду галереи для публики. В тот день в зале суда было не так уж много народу. Несколько репортеров, а также кучка заинтересованных граждан в белых футболках и легких бежевых брюках, в том числе Брайан Денвир, на сей раз без своей AР-15. Находился в суде и отец жертвы – Кейт незаметно указала мне на него. На нем были синяя рубашка и черные брюки, а на лице написана такая боль, какой не пожелаешь и врагу. Перехватив мой взгляд, он уставился на меня.

Я кивнул, но не улыбнулся.

Боль, которая кипела в глубине его глаз, превратилась во что-то другое и нацелилась в мою сторону. Вот и еще один человек, который при малейшей возможности вцепится мне в глотку. И его трудно было в этом винить. Правоохранители сказали ему, что его любимую дочку убил Энди Дюбуа, и неважно, что произойдет в дальнейшем в этом зале суда, – это мнение может никогда не измениться.

Гарри расположился за столом защиты слева от меня, Кейт – справа. Энди сидел рядом с Гарри, который очень заботливо относился к парнишке. У Гарри никогда не было детей, но привязанность, которую он выказывал по отношению к этому молодому человеку, навела меня на мысль, что Гарри наверняка сожалел об этом.

Кейт держала наготове папку с заметками касательно потенциальных присяжных заседателей. С утра я пролистал ее, после бессонной ночи – отличная работа. Лучше, чем это вышло бы у меня самого.

Корн уже сидел за столом обвинения, в окружении нескольких помощников. Я внимательно оглядел присутствующих, но шерифа нигде не увидел. В зал вошел судья Чандлер, и по команде пристава все поднялись со своих мест. Судья объявил, что собеседование с кандидатами в присяжные по делу «Округ Санвилл против Дюбуа» объявляется открытым.

– Более сотни потенциальных присяжных заседателей ждут своего часа, господа адвокаты. Я ожидаю от вас обоих, что вы будете работать быстро. В моем суде меня в первую очередь интересует отношение кандидатов к смертной казни, и мне не нужно, чтобы вы тратили на каждого больше пяти минут, прежде чем я сам приму решение. Это ясно, мистер Флинн? – спросил судья.

Я кивнул.

Это было мое первое дело по обвинению, караемому смертной казнью, но я уже представлял себе, какие подводные камни меня ждут. В этом городке не имело особого значения, кто будет сидеть в жюри. Вряд ли кого-то тут вдохновит перспектива исходить из невиновности Энди, пока не будет доказано обратное. И существовала еще одна проблема – отбор присяжных для рассмотрения дела о преступлении, наказуемом смертной казнью, существенно отличается от любого другого процесса отбора присяжных в системе уголовного правосудия.

В деле об убийстве, караемом смертной казнью, присяжные должны быть допущены к рассмотрению такого рода дел [38]. Они должны быть готовы к тому, что в случае вынесения вердикта «виновен» фактически выносят подсудимому смертный приговор, и это не должно их каким-либо образом сдерживать. Вопросы, которые задают присяжным в таких случаях, как правило, касаются того, вынесли бы они смертный приговор или никогда бы не вынесли такой приговор, даже если подсудимый будет признан виновным. А это уже с ходу склоняет будущий процесс в пользу обвинения. Большинство женщин, представителей различных меньшинств, католиков и либерально настроенных людей выступают против смертной казни и никогда бы не вынесли такой приговор, даже если б признали кого-то виновным. А значит, они не могут быть присяжными в делах об убийствах, караемых смертной казнью. Как следствие, основная масса допущенных к таким делам присяжных не отличается особым расовым разнообразием – в большинстве своем это белые протестанты [39]мужского пола, приверженцы Ветхого Завета, которые с таким же успехом могли бы вывести обвиняемого на задний двор и кончить его выстрелом в башку, прежде чем в суде будет произнесено хоть слово.