Книга Исход, страница 139 – Сергей Харт

— Через рот, нос, уши, а может вместе с пищей или как-нибудь еще. Сам не знаю, а врать не хочу.

— И откуда такие познания, если не секрет?

— Не секрет. Мы о них случайно узнали. Пару дней назад, когда мы с приятелем, Степаном, стояли смену в ночном карауле, к нашему костру подошел мужик. Сгорбленный кривой оборванец. Он мне сразу не понравился, вел себя странно, но помочь ведь надо! В общем, подошли мы поближе, стали расспрашивать кто он да откуда, а он возьми да кинься на Степу. Стал выть, кусаться, а руки все к горлу Степы тянул. Я его и прикладом бил, и ножом колол, а ему хоть бы хны! Даже внимания не обратил. Только когда я ему весь магазин из «Макара» в голову выпустил, окочурился.

— А напарник твой как?

— Умер, — мрачно ответил Кондрат, — задохнулся. Нечисть эту потом, с трудом от него оторвали, так вцепился.

— Да уж, не самая приятная смерть…

— А сейчас приятных смертей не бывает, — как-то невесело улыбнулся Кондрат, — боюсь, что от старости в своей постели уже никто не умрет. Иногда я даже…

Он осекся на полуслове и стал вглядываться куда-то в сгущающийся мрак. Лицо его напряглось, а руки крепко сжали ружье.

Пару минут я ждал, что он продолжит прерванный монолог, но время шло, а он все молчал. Тогда я тоже стал вглядываться во тьму, стараясь разглядеть, что привлекло его внимание, но ничего особого не заметил: пыль, вылетающая из-под колес грузовика, пустые дома, автомобили у обочин и отбрасываемые ими неясные тени. Мрачно как-то, только дождя не хватает.

Словно в ответ на мои мысли, на лицо упало несколько капель, а через минуту начал моросить мелкий холодный дождь. Ну вот, теперь все как раз в стиле зомби апокалипсиса!

Я накинул капюшон и спросил у Кондрата:

— Ну так что дальше было?

— Дальше, мы эту тварь вскрыли, а из разреза такие вот жуки, как повалят! Их там сотни были, расплодились страшно! Хорошо еще, что медленные и летать не могут. Пришлось облить труп бензином и поджечь.

— Значит, детально изучить не получилось?

— Нет. Кому охота в обугленных костях копаться?

Я не ответил, а он явно не желал развивать эту тему. Дождь потихоньку стих, но скаждой минутой холодало все сильнее. Прямо удивительный контраст, днем было настоящее пекло, а теперь приходится кутаться в куртку.

— Слушай, — почему-то тихо спросил я Кондрата, — а куда делись все люди из этих домов?

Мы как раз проезжали мимо двухэтажного жилого дома, который выглядел совершенно заброшенным.

— Не знаю, — покачал он головой, — к нам разные люди приходили, может и отсюда кто. А вообще многие до сих пор по домам сидят, запасы проедают. У нас ведь почти война была, стреляли много, боятся.

— А квартиры вы пока не потрошили?

— Руки пока не дошли, других целей хватает, — покачал головой Кондрат.

— Понятно.

Я решил, что сейчас вполне удачный момент, чтобы узнать про Машу и спросил:

— Слушай, а к вам с неделю назад люди из метро не приходили? Большой группой, с полицейским.

— Как я уже говорил, к нам много кто приходил, — ответил Кондрат, — может и из метро кто был, не я этим занимаюсь.

— Может девушку видел, молодую красивую, с рыжими волосами?

Тут я покосился на Сашу, но она мой вопрос за шумом мотора не расслышала или просто не обратила внимания.

— У нас много красивых девушек, — усмехнулся Кондрат, — всех не упомнишь!