Книга Исход, страница 124 – Сергей Харт

Всю ночь люди не спали, готовясь к утренней встрече. Пройдя по всему дому, удалось собрать несколько припрятанных охотничьих ружей, ножи, газовые и травматические пистолеты. Брали вообще все, чем можно было убить или хотя бы ранить.

Однако самое главное оружие в предстоявшей битве выставил девяностолетний ветеран Великой отечественной войны, которого весь двор знал, как тихого дедушку Ивана. Он шестьдесят с лишним лет хранил в своей квартире пулемет «Максим». Несмотря на солидный возраст, тот оказался в отличном состоянии и был полностью готов к бою!

С утра, уверенные в своем превосходстве бандиты, вновь засуетились. Однако, теперь, вместо трусливых и покорных людей они встретили грамотно организованное сопротивление, под началом все того же деда Ивана.

С этого момента легкой руки кого-то из жильцов все жители дома стала называть себя «Выжившими».

Дед Иван оказался мало того, что запасливым, так еще и великолепным командиром! Половина наступавших бандитов, оказались сметены первой же очередью из «Максима», остальные, побросав раненых и оружие, в панике сбежали.

В течение следующих суток «Выжившие» вели активные боевые действия против «Варановских». Обе стороны понесли значительные потери. «Выжившим» удалось убить несколько бандитов, а также сжечь часть автомобилей «Варановских».

Но и сами они понесли потери. Восемь человек были убиты, еще с десяток ранены. К тому же они расстреляли почтивесь боезапас к пулемету.

Боевые действия зашли в тупик. У «Выживших» не получалось выманить «Варановских» под пулемет, а те, в свою очередь, не могли даже носа сунуть во двор, без риска словить пулю.

После непродолжительных переговоров, стороны заключили шаткое перемирие. Согласно уговору, «Варановские» возвращали половину украденного провианта, а «Выжившие» позволяли им беспрепятственно покидать дом. Двор, разделяющий оба дома, становился нейтральной территорией.

Остаток города, со всеми его богатствами поделить не получилось. Единственное к чему удалось прийти, был договор, согласно которому «Выжившие» и «Варановские» ездили на вылазки по очереди, через день. Однако «Варановские» и не думали соблюдать договор, что один раз уже закончилось стычкой.

— Сегодня наш день, — устало закончил свой рассказ Василий. — Увидев вас, мы подумали, что это «Варановские» опять безобразничают.

— А что полиция? — спросил я. — Не препятствовали?

— Пропали перед самой резней, — развел руками Василий. — Только Рубцов остался, он у них за главного был, а остальные бесследно исчезли.

— Сбежали? — спросил Дед.

— Может и сбежали, да только куда тут бежать? Я вот думаю, «Варановские» сами их… — тут Василий молча провел пальцем по горлу, после чего печально добавил: — Ребята то, по сути, неплохие были, видели ведь, что Варанов творит, могли за нас вступиться.

Дальше мы по очереди допросили всех остальных пленных. Их показание полностью совпадали с рассказом Василия. Это могло означать только две вещи: либо они заранее подготовили общую легенду, что маловероятно, либо их история — чистая правда.

— Ты им веришь? — спросил меня Дед, после допроса последнего пленника.

Мы стояли посреди дороги, метрах в десяти от остальной группы. Пленным разрешили подняться на ноги. Они собрались тесной кучей возле грузовика и тихо что-то обсуждали. Семен с Игнатом находились поодаль, а Саша забралась на кабину грузовика и присматривала за округой оттуда.