Книга Исход, страница 103 – Сергей Харт

Вновь завистливый взгляд.

— Ну, может я его тебе потом отдам, когда себе другое оружие найду.

— Правда? Отдашь? — сразу же заулыбался Игнат. — Вот спасибо! Всю жизнь мечтал дробовик купить. Но куда там! Вы не охотник. Вы не сдали экзамен на умение пользования. Вы то, вы се… Тьфу на них! Бюрократы!

Я пожал плечами и не стал повторять, что отдам ему оружие только тогда, когда найду ему достойнуюзамену. Если вообще найду. Пусть лучше лелеет надежду, чем загорает от зависти.

Носилки никуда не делись и ждали нас там же, где мы их оставили. Ветер таки сорвал одно крепление, сдвинув их в сторону, но груз от этого нисколько не пострадал.

Едва сорвали пленку, Дед тут же кинулся проверять, все ли на месте. Поворошил узлы одежды, распахнул мешок, открыл ящики. Все было в целости и сохранности.

— Слава богу, все цело! — с облегчением сказал он. — А то я боялся, что мартышки растащат.

— Замотано же было! — напомнил я ему.

— И что с того? — не сдавался он. — Обезьяны — воры известные!

— Вы, дорогой мой друг, не того боитесь, — заметил Доктор, поднимая палец к небу. — Животные берут исключительно то, что им надо для жизни. Если кого и стоит бояться, то человека.

— Ну не скажите! Вороны, вон, любят побрякушки блестящие, — возразил на это Дед. — Хотя зачем они им нужны? Не пойму!

— Даже у зверей и птиц есть тяга к прекрасному, — философски ответил ему Доктор, — но грязные рубашки и сапоги не блестят, так что зря вы волновались.

Вслушиваясь в их разговор, я мысленно готовил себя к очередному марш-броску с носилками в руках. Кое-что мы распихали по рюкзакам. Например, каждый взял себе сухпаек из пары пачек сухарей и сушек, наполнил флягу водой из канистры, ну и так, мелочевку всякую, вроде спичек и сменной одежды.

Все это немного уменьшило вес, но именно что немного. Основная масса никуда не делась. Она продолжала лежать большущей кучей и давила на меня морально. Стоило мне только представить, как придется тащить все это на своем горбу, с риском надорваться, как настроение мигом ушло в минус.

Я украдкой глянул на Сашу. Она стояла ко мне боком и о чем-то рассказывала Вере. Вдруг она повернулась и на ее лице засияла улыбка. Моя апатия тут же исчезла, а настроение поднялось до небес. Все плохие мысли отошли на задний план, а сердце застучало быстрее.

Что со мной? Неужели влюбился? Но ведь к Маше я испытываю совсем другие чувства! Даже мысль о ней вызывала у меня щемящее чувство в груди, непонятную тоску и уныние. Я всегда восхищался Машей. Испытывал перед ней трепет, восторг и, чего уж скрывать, желание.

С Сашей же все обстояло иначе. Вместо трепета нежность, не восторг, а уважение. Как-то незаметно, из простого попутчика, она превратиласьв дорогого для меня человека, друга, товарища по оружию, с которым хочется стоять плечом к плечу, да и просто человека, рядом с которым я ощущаю себя комфортно. Быть может, это и есть настоящая любовь?

Я отогнал от себя эти мысли. Не время, не время… и не место тоже. А то, расслабился, понимаешь, вокруг ничего не замечаю. Обезьяны эти по веткам скачут, медведь где-то под боком шатается, да и вообще черт знает, что еще в джунглях водится. Может тираннозавры местные… Нельзя расслабляться, нельзя!

— Может, один все понесешь? — предложил Дед, надевая на плечи рюкзак. — Ты же у нас молодой, сильный.