Книга Северный Альянс, страница 24 – Вячеслав Киселев

Приведя на следующий день город к присяге, третьей за последние десять лет (после этого случая Кант, преподававший в местом университете и остававшийся с прошлого раза формально русским подданным, посмотрел на весь этот бардак, махнул рукой и уехал в Москву, преподавать в императорском университете), и отправив колонны пленных в сторону русской границы, чтобы они не смогли позже попасть обратно в армию Фридриха, армия Суворова двинулась вдоль побережья Балтики на запад.

Теперь Суворов не скрывался, а ссадил пехоту с лошадей и демонстративно двигался с обычной для армий того времени маршевой скоростью. При этом конная разведка действовала на большом удалении от основных сил, постоянно снабжая его необходимой информацией.

Фридрих, узнав, что Восточная Пруссия опять присягнула другому монарху, был вне себя от ярости. Он еще после русских не отошел и не желал посещать Кенигсберг, а тут опятьтакая пощечина. Да от кого, от поляков, которых он вообще за противника не считал. Правильно оценив по донесениям разведки численность польской армии в двадцать тысяч, Фридрих быстро собрал 40-тысячную армию при ста пятидесяти орудиях и двинулся своим фирменным ускоренным маршем навстречу Суворову. Кульминация приближалась!

***

Дойдя черепашьим темпом за неделю до Гданьска, Суворов приказал строить укрепленный лагерь и готовиться к сражению, а сам, собрав командиров полков, выехал на юг на рекогносцировку. Здесь, на западном берегу Вислы в сорока километрах от Гданьска, возле небольшого городишки Диршау, стоящего на перекрестке дорог, Суворов и собирался дать бой Фридриху. Разумеется ни о каком фронтальном сражении полупартизанской армии с железным катком Фридриха речь не шла. Победу должна была принести хитроумно расставленная ловушка.

Любой полководец, оценив на карте расположение армии Суворова, сказал бы, что он загнал себя в западню, встав возле Гданьска. Ведь заняв тот самый перекресток дорог, Фридрих перекрывал ему все пути отхода в Польшу и вынуждал или принять генеральное сражение или уходить дальше на запад вдоль балтийского побережья, причем оба эти варианта обладали весьма туманными перспективами.

Оценив диспозицию войск именно так, как и предполагал Суворов, Фридрих двинул войска к Диршау, следуя словно крыса за дудочкой крысолова. Прибыв на место вечером пятнадцатого июня, Фридрих встал лагерем, планируя дать армии небольшой отдых и посмотреть на дальнейшие действия поляков. После потери нескольких полков в Восточной Пруссии, он не хотел штурмовать укрепленный лагерь, подставляясь под убийственный огонь артиллерии.

Заблаговременно узнав о приближении Фридриха, суворовские полки совершили форсированный ночной марш и в четыре часа утра шестнадцатого июня заняли исходные рубежи для атаки. План атаки был незатейлив и давал возможность гонористым польским командирам действовать в рамках общей задачи на максимально возможном уровне тактической самостоятельности.

Три пехотных полка, общей численностью пять тысяч человек, блокировали лагерь пруссаков с трех сторон жиденькой цепью, будучи в готовности перестроиться в каре, для отражения атаки кавалерии. Десять тысяч всадников, под командой Потоцкого, обходили спящий лагерь по заранее разведанным проходами атаковали его с юга. Оставшиеся пять тысяч гусар составляли резерв Суворова. Батарея капитана Раевского из двенадцати новых орудий прикрывала левый фланг, а остальные пятьдесят обычных орудий – правый.