Онлайн книга «Конец игры…»
|
– Вы имеете ввиду его фразу о том, что «давать прогнозы в случае душевных заболеваний нелепость и самообман»? – уточнил он после секундного раздумья. – Именно, – кивнул я в ответ, – то же самое доктор повторил мне вчера вечером. Обширный опыт лечения душевнобольных, по его словам, позволяет утверждать только о том, что возможен любой исход болезни. От почти полного исцеления, до медленного и бесповоротного угасания. Поэтому, кратковременное пробуждение не является признаком обязательного успеха. Увы! – развел я руками. – Печально, – тяжело вздохнул он, – а вы как считаете барон, есть надежда на исцеление Его Величества? – На всё божья воля, – развел я руками, – меня сейчас интересуют более земные вопросы. Что произойдёт, когда короля объявят погибшим? – Да, да, – кивнул он в ответ, – вы правы, нам следует подумать о политических последствиях, хотя…, особого юридического значения кончина британского монарха сейчас не имеет! – Даже так! – удивленно воскликнул я. – Именно, передача короны наследнику происходит помимо чьей-либо воли, и её процедура чётко прописывается ещё с 1702 года в Актах о престолонаследии. В нашем случае она дополняется Актом 1765 года о несовершеннолетии наследника престола, в соответствии с которым до достижения королём Георгом Четвертым совершеннолетия, его мать, Её Величество королева Шарлотта, так будет звучать её титул в случае кончины Его Величества, станет исполнять обязанности регента, а для ограничения её власти создается Регентский совет. Скажу больше, объявление о смерти монарха немедленно возобновляет деятельность парламента, если перед этим он был распущен или приостановлен в работе, а лорд-канцлер обязан приложить Большую королевскую печать к патентной грамоте о назначении лордов-комиссаров… Простите барон, наверное, я запутал вас тонкостями британского законодательства! – Не стоит извинений граф, основную мысль я, кажется, понял, – улыбнулся я в ответ, – корону, как обычно, наследует старший сынкороля, которого до совершеннолетия контролирует Регентский совет, и одновременно созывается парламент, с которым тоже всё понятно, если не вдаваться в ненужные подробности. Следовательно, из ваших слов я могу сделать вывод о том, что политической стабильности королевства ничего не угрожает, более того, появление нового, дееспособного, монарха становится, в какой-то степени, благом для Британии! – В целом, вы правы! – Зачем же тогда заговорщики подожгли Букингем-хаус? – Именно об этом я и хотел спросить вас, барон. Это ведь вы утверждали о поджоге, и других свидетельств, подтверждающих вашу теорию, у нас нет! – Война приучила меня никогда не считать противника глупее себя, поэтому граф, я всегда исхожу из наихудших предположений и пока у меня есть хоть малейшее сомнение, я буду считать пожар в Букингем-хаусе поджогом. Давайте лучше порассуждаем. Представьте себе, что похищение удалось и Его Величество оказался в руках Фокса и компании. Что произошло бы в этом случае? – Сложно сказать барон, таких прецедентов ещё не случалось, – пожал он плечами, – пожалуй, какое-то время ничего бы не происходило, ведь признать Его Величество скончавшимся в такой ситуации невозможно. Затем лорд-канцлер, скорее всего, решился бы приложить Большую королевскую печать к патентной грамоте о назначении лордов-комиссаров и парламент приступил бы к обсуждению нового закона о престолонаследии, позволяющего урегулировать сложившуюся щекотливую ситуацию! |