Книга Ход конем. Том 1, страница 53 – Вячеслав Киселев

Выйдя на дистанцию эффективного прицельного огня в двести метров, корабли Седерстрёма, пользуясь подавляющим преимуществом в массе залпа, буквально изрешетили противника, подавив его волю к сопротивлению не успев даже, как следует разогреться.

***

Бригаде Торденшельда попался несравнимо более грозный соперник. В отличии от сравнительно небольших кораблей ордена, у капитана «Сан-Пауло», взявшего на себя командование испанцами, оставалось два семидесяти пушечных и четыре шестидесяти пушечных линейных корабля и один фрегат. Вполне себе сила, хотя преимущество в количестве орудий у скандинавов было существенное.

Пользуясь тем, что испанцы не завершили перестроение в боевую линию, вторая бригада беспрепятственно разрядила по ним орудия левого борта и совершив, практически, идеальный поворот «все вдруг, через фордевинд, от противника», легла на параллельный курс и пользуясь подветренным положением продолжила расстреливать испанцев правым бортом с максимальной дистанции огня. Конечно, вероятность пробития корпуса на такой дистанции была минимальной, но вот рангоут и такелаж уничтожались прекрасно, что и было нужно Торденшельду.

Испанцы оказались в ловушке. По правому борту находился остров и разрывать дистанцию им было некуда, а продолжать двигаться тем же курсом вдоль берега под градом ядер, не нанося при этом противнику существенных повреждений, было дорогой в никуда. Притом, что противник обладал численным и огневым преимуществом, а также, судя по слаженному маневрированию и сумасшедшему темпу стрельбы, обладал куда лучшей выучкой, чем испанцы. Значит и обострять ситуацию, пытаясь сблизить линии, был для них равносильно самоубийству.Оценив всю безысходность своего положения, капитан «Сан-Пауло» дон Франсиско Хавьер решил прекратить сопротивление, отдав команду ложиться в дрейф и спускать флаги.

Гроза у Лампедузы стихла, а императорский флот, получивший боевое крещение, занялся любимым делом солдат всех времен и народов – приватизацией трофеев.

Проводив барона Ленца, я принялся осматривать в бинокль гавань Ла-Валлетты. Место для стоянки нам выделили в центре гавани, на противоположной стороне от того места, где цитадель ордена заканчивалась и начинался обычный город. Если еще немного продвинуться вглубь гавани, то можно выйти из-под возможного обстрела с бастионов.

– Ларс! – не отрываясь от бинокля, окликнул я командира «Троицы».

Кэптэн, ожидавший за моей спиной указаний, тут же откликнулся:

– Слушаю, Ваше Величество!

– Я сейчас прогуляюсь по городу, а вы договоритесь с портовыми властями, чтобы нас перевели на стоянку вглубь гавани, вон туда, – показал я рукой, – видите, там пирс повыше нашего. Скажете, что у нас очень высокий борт и на этой стоянке будет невозможно осуществлять погрузку по сходням. Думаю, что без мзды они и пальцем не шевельнут, хотя это чистая правда. Поэтому вы поторгуйтесь для вида, чтобы не вызвать подозрений, и заплатите сколько нужно. Главное запомните этого чиновника, он нам после все вернет с процентами. А как переместите корабль, занимайтесь обычными делами, пополняйте запасы, ну и все такое!

– Будет исполнено, Ваше Величество, – козырнул Эриксон, – шлюпка будет готова через пять минут!

Раздалась трель боцманской дудки и часть палубной команды, как по мановению волшебной палочки, переместилась в район шлюпбалок, заскрипели тали и шлюпка провалилась за край борта.