Книга Ход конем. Том 1, страница 35 – Вячеслав Киселев

В этот момент, в подтверждение моих мыслей, сзади раздался радостный возглас наблюдателя:

– Корабли на горизонте, много!

Насчет их принадлежности у меня сомнений не было, поэтому я не стал задавать уточняющих вопросов, а просто прикинул время подхода. Высота форта над уровнем моря метров пятьдесят, значит горизонт милях в двенадцати-тринадцати и двигаться им еще часа два. Нормально.

– Стилет, – окликнул я командира группы, осматривающего город в подзорную трубу, – старший, готовьтесь к бомбардировке рейда. Огонь по готовности. Я на нижний форт!

***

Пробуждение Тулона этим утром началось не под истошные вопли галльских петухов, а под орудийнуюканонаду. Малый рейд Тулона оправдывал свое название, имея в глубину не более километра, а в поперечнике около трех. Поэтому, с учетом превышения по высоте, мы могли простреливать его с трех позиций почти полностью, чем и занялись через часок мои пушкари, хорошенько, до темно-вишневого цвета, прокалив ядра. Стоящий на рейде флот я уже считал своей собственностью, поэтому огонь сосредоточили на ближайших к фортам нескольких фрегатах, которые было проще поджечь и не так жалко потерять, что и произошло очень быстро. Команды на кораблях, скорее всего, были частично в увольнении на берегу, поэтому организовать эффективную борьбу за живучесть вахты не смогли и не прошло получаса, как на зеркальной глади рейда запылали пять факелов.

Тулонские колокольни надрывались, выдавая в воздух звуки набата, когда со стороны горы Мюрграв, на которой Добрый организовал засаду, раздалась частая ружейная стрельба, смешавшаяся с методичными выстрелами орудий по кораблям, ведь стрельба калеными ядрами более трудоемкий процесс, чем обычными. А спустя минут двадцать, когда шлюпка со мной уже подходила к борту моего флагмана с развивающимся на гроте пиратским флагом, вставшего на якорь недалеко от Гранд-Тампля, пространство рейда потрясли один за другим пять мощных взрывов, поднявших в воздух клубы дыма и тучу обломков. Видимо, огонь добрался таки до крюйт-камер фрегатов, закончив их боевой путь. Отличная иллюстрация для французов того, что будет со всем их флотом и городом, если они вздумают сегодня брыкаться.

– Ваше Величество, на флоте без происшествий. Команды готовы к бою! – доложил адмирал Седерстрём, когда я поднялся на борт.

– Доброе утро Рудольф, – пожал я руку адмиралу, – готовность к бою, это замечательно, но, надеюсь, сегодня мы решим все наши задачи без него!

В этот момент, как это обычно бывает, церковный набат и канонада в гавани стихли на мгновение, и до меня донеслись звуки ржания берберийских скакунов, размещенных на соседних кораблях. А почему бы и нет, подумал я, и принялся менять сценарий переговорного процесса, черновой вариант которого подготовил заранее:

– Рудольф, план меняется. Скакунов сгрузить на берег, всех, не тащить же их в Стамбул. Пусть послужат нам здесь, мы поедем на них на переговоры, а после подарим французам, как утешительный приз, если всё решим полюбовно.Я сейчас возвращаюсь назад, а вы продвиньтесь вперед и поднимите сигнал готовности к переговорам. Когда появятся парламентёры, объявите им условия. Встречу назначьте в полдень у форта Гранд-Тур. С каждой стороны по два переговорщика и десять человек охраны верхом. А когда договоритесь, сразу высаживайтесь на берег, будете меня сопровождать, как мы раньше и планировали!