Онлайн книга «От Дуная до Рейна»
|
В комнате повисла тишина, а три пары глаз принялись буквально буравить взглядами посерьезневшее лицо князя Эстерхази-Форхенштайна, для которого наступила точка невозврата. Поскольку в традициях венгерскойгосударственности формальная власть над страной принадлежала именно самой короне, её возвращение в венгерскую столицу имело отнюдь не символическое значение, а значит и ответ князя автоматически лишал его возможности усидеть на двух стульях. Чем он, насколько я понимаю, успешно занимался по сию пору. Князь опустил взгляд на стол, мгновение подумал, и вновь посмотрел на меня, но не так, как до этого смотрел в соответствии с этикетом, а глаза в глаза, видимо, стараясь найти в них правильный ответ на судьбоносный вопрос. – Думаю…, такое решение мог бы принять только поистине великий император Ваше Величество! – попытался он всё же дипломатично выкрутиться и не сжигать за собой мосты. – Позвольте господа, законный наследник венгерской короны его высочество Леопольд Габсбург-Лотарингский, великий герцог Тосканский, и какое-либо обсуждение данного вопроса является совершенно недопустимым, вне зависимости от статуса присутствующих! – не собираясь сдавать позиции без боя, с вызовом в голосе, вклинился в разговор князь фон Лихтенштейн и победно вскинув голову, посмотрел на меня. Насколько я знаю, именно этот род являлся главной опорой Габсбургов на троне и личность командира придворного полка, которого я задвухсотил в Регенсбурге, лучшее тому подтверждение. Только тот был, кажется, из баронской, боковой ветви Лихтенштейнов, подумал я мимоходом, и улыбнувшись, ответил: – Именно это князь фон Лихтенштейн я и имел ввиду, говоря про возвращение короны Святого Иштвана в Буду. Поэтому господа, не намереваясь обсуждать права Леопольда Габсбург-Лотарингского на какое-либо наследство, я напоминаю собравшимся, что эрцгерцогство Австрийское, в отличии от Венгрии, неотъемлемая часть Священной Римской империи германской нации и я не желаю видеть в Вене наследника венгерского престола, а уже тем более не позволю проводить здесь какие-либо церемонии с венгерской короной, … Не знаю, какого именно ответа ожидал от меня фон Лихтенштейн, но то, что я сказал, произвело на него неизгладимое впечатление, впрочем, как и на остальных участников совета – рты у всех открылись, практически, синхронно. – … князь Эстерхази-Форхенштайн, не откажите мне в любезности, доставьте корону Святого Иштвана в Буду, у вас ведь найдутся крепкие бойцы для сопровождения вашей реликвии? Глава 6 Не дожидаясь неудобных вопросов по поводу наследования Леопольдом австрийского престола, на которые у меня в данный момент не было внятных ответов, я воспользовался суверенным правом монарха и просто объявил, что совещание окончено. Всё, шабаш – царь трапезничать желает. Хотя я и на самом деле не отказался бы плотненько пообедать и сразу поужинать до кучи, учитывая, что скромный походный завтрак состоялся хрен знает когда, ещё на рассвете, а денёк выдался более, чем насыщенным (даже по моим меркам), но увы – первым делом самолёты, ну и так далее… Пока аристократы покидали комнату, я в очередной раз вспомнил гениальную по своей простоте, реализму и циничности французскую формулу «король умер – да здравствует король». Правота которой подтвердилась на моих глазах прямо сейчас, ведь о смерти Иосифа его подданные забыли через минуту после того, как о ней узнали. Хотя в этом, наверное, и проявляется удивительное и краеугольное свойство нашего мира, в котором жизнь и смерть всегда шагают рука об руку. |