Книга Оператор. Тайна заброшенного арсенала, страница 35 – Александр Трогон

– К нам присоединились мой мажордом и по совместительству нянька по прозвищу Кот. Полагаю, что использование псевдонимов в нашей компании никого не должно смущать, – хихикнул Герман Витольдович. – И наш самый юный товарищ – Савва. Я рад, что ты принял мое скромное приглашение, – обратился он к парню.

– А Валера еще не приехал? – внезапно спросил Савва, завертев головой по сторонам.

Хозяин дома слегка опешил от непонятного для него вопроса. Украдкой обменявшись многозначительными взглядами с Котом, он доверительно подмигнул молодому человеку, сообщив, что «Валера немного задерживается».

– Прошу всех в дом! – завершил свой приветственный монолог Герман Витольдович, и первым заковылял внутрь.

Кира, интуитивно почувствовав, что топчущийся на одном месте Савва отчаянно нуждается в поддержке, подошла к парню и дружелюбно предложила составить ей компанию. Тот, стеснительно кивнув, зашагал вслед за девушкой. Галл и Кот, вместо приветствия обменялись оценивающими мужскими взглядами, и лишь затем крепко пожали друг другу руки, словно меряясь, кто из них сильнее. В прихожую они зашли одновременно, едва не столкнувшись плечами в дверном проеме.

Рассевшись за большим овальным столом, все дружно накинулись на еду. Кот скупо похвалил кулинарные таланты Галла, отметив, что курица в духовке пропеклась «вполне прилично». Савва, напротив, долго рассматривал блюда, выложенные на тарелки, но ничего не выбрал. Кира уже догадалась, что парень страдает аутизмом, и поэтому потихоньку спросила у него, что он привык кушать. Девушка где-то читала, что люди с подобным заболеванием,очень придирчивы в питании. В ответ парень шепотом попросил сделать ему горячий бутерброд. Тогда, недолго думая, девушка предложила ему вместе отправиться на кухню.

Оставшись втроем, мужчины разговорились. Еще во время крепкого рукопожатия Галл заметил рубцы застарелых ожогов на тыльной части ладони Кота. Воспользовавшись тем, что Кира их не слышит, он задал довольно бестактный вопрос о причинах такой травмы. При этом лицо Кота скривилось в болезненном воспоминании, отчего морщины, избороздившие его впалые щеки, выступили еще резче. Вместо него бойцу ответил хозяин дачи.

– Машина при ударе получила сильные повреждения и загорелась, – заговорил он простым будничным тоном. – У меня была раздроблена ступня, и я не мог самостоятельно выбраться из кабины – дверь заклинило. Кот находился на заднем сидении. Огнем ему опалило левую руку, пока он перебирался ко мне. Перед взрывом он успел выбить лобовое стекло и вытащить меня наружу, хотя сам уже был тяжело ранен. Ногу спасти не удалось, а у моего друга на память о той поездке остались эти шрамы. Вот и вся история, – подытожил Герман Витольдович, взглянув на Кота с нескрываемой благодарностью. – Так что доживаем свой век вдвоем, здесь, на даче. Кот ведет наше совместное хозяйство, как заправский домоправитель, а я копошусь в саду и подрабатываю к пенсии.

– Так Вы – бывшие военные? – полюбопытствовал Галл.

– Ну что Вы, батенька! – искренне всплеснул руками хозяин дома. – К военному ведомству мы не имеем, ровным счетом, никакого отношения.

– Тогда кто же Вы на самом деле, Герман Витольдович? Или правильнее будет называть Вас Оператор?

Вопрос внезапно вошедшей в гостиную Киры, нечаянно подслушавшей обрывок разговора Галла с хозяином дома, прозвучал, как удар гонга на спортивной арене. Мужчины одновременно, как по команде, повернулись к ней. Девушка стояла, уперев руки в боки, с видом грозной воительницы. Ей смертельно надоели тайны и недоговоренности этого дома, и Кира решила, что пришла пора потребовать объяснений.