Книга Оператор. Тайна заброшенного арсенала, страница 12 – Александр Трогон

– Это несправедливо! – воскликнула девушка. – Не я же этого мертвяка заразила.

– Это ты расскажешь органам, – язвительно откликнулся начальник. – Представители ФСБ уже наводили о тебе справки. Так что не затягивай: завтра утром зайдешь в кадры и подпишешь заявление на отпуск.

На этой оптимистической ноте разговор с шефом был закончен. Разочарованно застонав, Кира плюхнулась обратно на кровать. Самым обидным в этой истории для нее было даже не то, что теперь в бюро к ней относятся, как к какой-то парии, а то, что у нее отобрали любимую работу.

Приступ жалости к себе прошел минут через пять, и Кира отправилась на кухню. Вынув из шкафчика бутылку сухого красного вина, она откупорила пробку и щедро плеснула его себе в бокал. Сделав пару глотков, девушка застыла на месте, задумавшись.

– А, к черту все! – в сердцах произнесла она вслух. – Поеду в гости к родителям, а потом – рвану на море.

Правда, вместо этого она уже через несколько минут звонила коллеге в соседнюю лабораторию, куда отправила для сравнительного анализа образцы ДНК трупа и доктора Сергеенко. Тот, пусть и крайне неохотно, но подтвердил – образцы идентичны.

Бросать это дело девушка была не намерена. К тому же сейчас она была уже абсолютно уверена в том, что погибший доктор Сергеенко по неизвестной причине протестировал на себе собственное изобретение. Кира отчетливо помнила свое видение: Сергеенко кого-то или чего-то смертельно боялся. А учитывая внезапное появление доктора в Москве, следовало предположить, что он, уже будучи зараженным, намеренно покинул лабораторию, в которой был произведен вирус.

В голове роилось множество догадок и предположений. Что, если доктор Сергеенко, запоздало осознав, что он натворил, решил покончить с собой, чтобы не допустить распространения вируса? Но куда делся флакон, который привиделся Кире? Неужели ученый успел передать его тем, кто находился в серебристом седане?

Кире настоятельно требовалось поделиться с кем-нибудь своими подозрениями, и она, не колеблясь, набрала номер знакомого следователя Авдеева.

Тот пребывал в удрученном состоянии.

– Представляешь, меня отстранили от дела, а все собранные материалы конфисковали, – обиженным тоном заявил он девушке.

– А меня вообще в отпуск отправили, – подхватила Кира.

– Это мы еще легко отделались, – мрачно пробурчал Авдеев. – Впрочем, я даже рад. На мне еще два нераскрытых дела висит, так что и без этой безумной истории будет, чем на досуге заняться.

– А у меня эта авария не выходит из головы. Ну не мог опытный специалист-вирусолог добровольно вынести вирус из опытной лаборатории. Он же понимал все последствия. Что, если его заставили? Получается, что кто-то очень хотел заполучить новейшее изобретение, а наш ученый должен был его передать, но вырвался и бросился под КАМАЗ.

– Оно тебе нужно, Кира?! – довольно резко оборвал девушку Авдеев. – Пускай теперь этими версиями ФСБ занимается: биологические угрозы, террористические акты… Весь интернет забит статьями про зараженных комаров-убийц на Украине. Может быть, это дело из той же серии. А мы расследуем уголовные преступления.

– Наверное, ты прав. И все же … – Кира задумчиво прикусила нижнюю губу и нажала отбой связи.

***

На следующий день судмедэксперт заехала на работу, чтобы оформить свой принудительный отпуск. Не отгулянных дней у Киры за несколько лет накопилось предостаточно. Сказать по правде, это был её первый полноценный отпуск за все пять лет, что она работала в экспертном бюро. Раньше все время находились какие-то неотложные дела, начальство регулярно требовало повысить раскрываемость, и судмедэксперт давно привыкла жить и работать в состоянии цейтнота.