Книга Вик Разрушитель #3, страница 229 – Валерий Гуминский

— Андрей, ты не привел ни одного серьезного аргумента, который позволит мне согласиться с твоим решением.

— Любая попытка убедить тебя не закончится успехом, — возразил я. — Ты не настроен идти мне навстречу. Сам подумай, вас не было рядом со мной пятнадцать лет. Как я мечтал, чтобы у меня были папа и мама. Даже повзрослев, не хотел терять надежду. Да, мечта сбылась. Но и я сам стал старше, привык отвечать за свои поступки. Просто поверь, что сейчас мне в Ленске делать нечего. Обещаю, что буду приезжать к вам в гости как послушный сын. Но… позволь мне стать самостоятельным.

— Как знал, что ты начнешь упираться, — вздохнул отец (показалось, он даже и не расстроился) и махнул кому-то рукой. Из темноты в яркий квадрат света, падающий из широких окон, вошел коренастый, низкорослый мужчина лет сорока с азиатскими чертами лица. Сразу бросилась в глаза замысловатая толстая косица на затылке гладко выбритой головы. Раскосые глаза неподвижно глядели в какую-то точку повыше наших голов, но казалось, что незнакомец держит нас под контролем. Сложив руки лодочкой у груди, он поклонился мне и выпрямился, ожидая, что скажет отец.

— Знакомься, — кивнул князь. — Это Куан. Можешь звать его Колей. Так ему привычнее. Он будет твоим наставником, телохранителем, личным поваром и нянькой. Все проблемы, которые ты не сможешь решить самостоятельно, лягут на его плечи. Поэтому постарайся не доводить их до крайности.

— Почему? — мне стало любопытно. До сих пор не могу понять, что происходит. Коля не смотрел на меня, но я все равно ощущал на себе его взгляд.

— Потому что Куан вырежет семьи твоих обидчиков, а мне не хочется, чтобы Мамоновых обвиняли в злодеяниях, — словно шутя ответил князь. Знаете, я поверил ему. Стало жутковато.

— Он хотя бы говорит по-русски? — спрашиваю с надеждой отца.

— Да, молодой господин, говорю, — неожиданно ответил Куан и только теперь взглянул на меня рысьими золотисто-желтоватыми зрачками. — В семнадцать лет я окончил во Владивостоке лицей «Белая чайка». Сами понимаете, что без знания русского языка тяжело учиться в русской школе.

— Неожиданно, — я уважительно качнул головой. — А ты сам кто? Китаец?

— Кореец. Родом из небольшого городка Онсонг.

Сказав это,он замолчал, давая мне понять, что еще рано откровенничать. Я пожал плечами, а отец властно произнес:

— Он будет жить с тобой как наставник. Мое решение не обсуждается. Это не значит, что Коля станет ущемлять твою свободу.

— А вдруг я у Гусаровых останусь? — ехидно поинтересовался я, ликуя про себя. Признаюсь честно, боялся, что князь Мамонов сделает все, чтобы я уехал с ним в Ленск.

— Не останешься. Ты уже показал свою решимость к самостоятельности перед Гусаровыми, поэтому дальше помолчи, не показывай свою глупость, — обрезал отец. — Бахвальство ни к чему. Лучше подумай, где хочешь жить. Завтра же поедем оформлять купчую.

— Я уже знаю, отец. На Хорошевском шоссе есть жилой комплекс четырехэтажных домов. Такие красивые здания со стеклянными эркерами.

Князь наморщил лоб, вспоминая, где это может быть, и спросил:

— Там еще парковая зона вдоль шоссе тянется? «Купеческий муравейник», да?

— Ну… Дома-то действительно красивые, и квартиры просторные. А нам, — я покосился на отошедшего в сторону Колю, — на двоих много и не надо.