Книга Вик Разрушитель #3, страница 166 – Валерий Гуминский

Макарий кивнул, соглашаясь со словами младшего коллеги, хотя упоминание слова «младший» могло показаться смешным и нелепым. Кочет был на десяток лет старше Главы чародеев.

— А что за конструкт в конце вы соорудили?

Оба мага фыркнули.

— Соорудили! — Макарий, похоже, возмутился. — Не кощунствуй, юноша! Для создания «жала» требуется коллективное умение, а ты говоришь так, словно перед тобой ремесленники халтуру показали!

— Извините, — смутился я и мотнул головой, чтобы сбросить капельки пота с лица. Спасибо Кочету, догадался о моих мучениях. Он достал из внутреннего кармана куртки платок и промокнул мою физиономию. Я кивком поблагодарил чародея. — Но после отражения магоформы у меня просел заряд батарей.

— Все же побочный эффект проявляется, — главный маг задергал другой бакенбард. — А ну, посмотри сейчас уровень аккумуляторов.

Я напялил шлем, защелкнул его, и на тактическом забрале отыскал красную полоску. Она существенно подросла. Так и сказал. Маги переглянулись и началивыдвигать разнообразные теории. Продираясь сквозь дебри терминов, мне удалось понять, что при воздействии сильнейших магических флуктуаций (еще одно словечко, которое понравилось, как и «аннигиляция») происходит некритичный сбой аккумуляторов. Так как они работают на физических принципах, магия не имеет большого влияния, ну разве что чуток просядут. Как и произошло в этом случае.

— Господин Макарий, возможно ли изменение антимагических свойств? — меня мучил этот вопрос уже несколько дней. — Если я не могу превратить антимагию в магию, то существуют ли другие способы трансформации? Например, в некую физическую величину. В кинетическую энергию…

— Никогда о подобном не слышал, — покачал головой главный чародей, а Кочет пожал плечами в недоумении. Он, кажется, до конца не понял, что я пытался сказать. — А твоя мысль интересная. Ты, видимо, переживаешь о своей уязвимости. Что ж, похвально стремление обрести иную защиту… Но, Викентий, я вынужден тебя разочаровать. Не знаю.

— Вы не против подойти к тем бетонным блокам? — решился я на эксперимент и показал на полосу препятствий, состоящую из разнообразных каменных лабиринтов и хаотичных нагромождений. — Хочу кое-что показать.

Чародеи, снедаемые любопытством, потянулись за мной, строя различные теории. Развлекались таким образом. Выбрав один из блоков размером метр на метр в качестве примера, я натянул шлем, провел сопряжение и с размаху опустил перчатку на камень. Блок от удара треснул от макушки до основания, покачался и развалился пополам, поднимая мелкую белесую пыль.

— Ничего необычного, — сказал Макарий. — В экзоскелете и не такие фокусы проворачивать можно. Вон, стоит пятитонная глыба. Вдарь по ней бронированным кулаком — тоже разлетится на куски.

Я улыбнулся, услышав его слова, и снял шлем.

— Подержите, учитель, — попросил я Кочета и отдал ему ценный «пункт управления». Потом стянул перчатки, протянув их недоумевающему Макарию. Признаюсь, эксперимент, который я собирался показать, выглядел сумасшествием. Мне грозили серьезные увечья, если ничего не выйдет. Не показывая свои сомнения, я замер и закрыл глаза, а для эффекта развел руки в стороны, подняв лицо к солнцу. Отрешенность от мирских забот и пустота, в которую я себя погрузил, сделали свое дело. В солнечном сплетении начал разгораться огонь, проходя все стадииот темно-багрового до раскаленного добела сгустка энергии.