Книга Вик Разрушитель 6, страница 176 – Валерий Гуминский

Но самая интрига предстоящих боев оказалась в том, что слепой выбор Фортуны свел братьев Кавальканти с поляками. Вот это, понимаю, печаль для гурманов! Арина Голицына прислала мне котировки, где Ягеллон с Янушом шли сразу за итальянцами, и многие всерьез ожидали финала именно с их участием. Даже разговоры шли, как бы развести их, чтобы не было встречи на ранней стадии. Теперь все убедились, что жеребьевка не подстроена, организаторы стараются по-честному провести соревнования.

Коэффициенты на нашу пару тоже немного упали, но Арина таинственно намекнула, что «немножко стала богаче». Ну да, я же не понял, откуда на мой счет упала сумма в двести пятьдесят тысяч! Банк любезно сообщил об их приходе приватным сообщением.

— Нужно чинить плечевой сегмент, — сразу сказал Берг, когда Лида, чуть не плача, смотрела на помятую броню. — Завтра выходной, успеем сделать.

— А как? — шмыгнув носом, печально спросила Великая княжна, сидя на ящике.

— Заменим две-три пластины. Главное, волокна не пострадали, — Гена умел быть убедительным.

— Можно будет завтра в кампус приехать?

— Если ваш батюшка не против, — переглянувшись со мной, ответил Берг.

— Я с ним поговорю, — Лида решительно поднялась и застегнула ворот мягкого комбинезона, сменившего бронекостюм.

Цесаревич, как ни странно, разрешил. Но для этого пришлось согласовывать с охраной, чтобы меня, Лидию и чертова Пьетро пропустили на территорию кампуса. Больше всего я не хотел, чтобы принц совал нос в наши дела. Разумом понимаю, что он не ради Великой княжны потащится за нею, а посмотреть на бронекостюмы. Меня озадачивало молчание Юрия Ивановича, до сих пор не закатившего скандал поповоду Пьетро, застуканного в обществе своей любовницы. Неужели фотографии не дошли?

Вернувшись в отель, мы с Куаном решили после ужина покататься на гондоле по каналам. Если уж приехали в Венецию, надо вкусить все прелести туристической жизни. Одними боями сыт не будешь, нужно и другое блюдо попробовать.

Время провели славно. Гондольер молча греб своим большим веслом, а мы наслаждались видами залитых электрическими огнями многочисленных соборов, ярких венецианских лавок и магазинчиков; я махал рукой красоткам, разгуливающим по набережной, фотографировал их на телефон. Те нисколько не смущались, даже старательно позировали. Хороши, чертовки! Даже Куан слегка ожил, а то строил из себя каменную глыбу.

По возвращению в номер нас ждал сюрприз. В кресле развалился цесаревич, а возле него торчали Индус и Баюн. А он-то откуда взялся? Главный личник Великой княжны остался в Москве, и позже о его приезде Лида не говорила.

— Не будете нас ругать за самовольное проникновение? — улыбнулся Юрий Иванович.

Куан изобразил глубокий поклон и скромно отошел в сторону, быстро перекинувшись взглядом с телохранителями. Я уже привык к подобным трюкам со стороны Мстиславских, и тщательно скрывая недовольство, учтиво ответил:

— Нисколько, Ваше Высочество. Я и сам хотел с вами встретиться, чтобы прояснить некоторые моменты.

— О, как! — Мстиславский хмыкнул, Индус и Баюн сохранили невозмутимость. И не таких видали, читалось по их мордам. — Неожиданно. О каком моменте идет речь? Который поздно ночью пришелся на один интересный адрес?

— Да, Ваше Высочество. Меня удивило, что после ночных приключений Пьетро Мочениго получает разрешение посетить мастерскую в кампусе. Очень нежелательно показывать ему наше изделие.