Книга Вик Разрушитель 9, страница 55 – Валерий Гуминский

— Ну, ладно, тогда спокойной ночи. Крепко целую.

— Пора бы от слов к делу перейти, — короткий смешок вверг меня в лёгкий ступор. Намёк я понял и расплылся в улыбке. — Ладно, не красней. Я же пошутила. Пока-пока.

Она изобразила звук поцелуя и отключилась. Мне оставалось только почесать затылок и задуматься о перспективах взаимоотношений. Слишком быстро всё понеслось вскачь. Девчонки, кажется, начали использовать какую-то свою, изощрённую и долгосрочную стратегию. Зря, что ли, такую фотку прислали?

Я покосился на погасший монитор и позвонил Великой княжне. В конце концов, надо использовать создавшееся положение для личной пользы.

Лида не спала, отозвалась бодрым голосом и сразу же заявила:

— Я сегодня деду высказала претензию насчёт твоего ареста. Он так удачно в гости заглянул, что невозможно было промолчать.

— И чем закончилась твоя самоубийственная критика? — иронично спросил я, зная ответ.

— Отругал меня и пригрозил, чтобы я не лезла в мужские дела и зарубила это себе на носу на будущее. Потом задумался и спросил у папы, может, и меня стоит на месяц под замок?

— Самое лучшее, что надо было сделать — отступить на свои позиции, — сдерживая смех, посоветовал я.

— Так я и отступила, — хихикнула княжна. — Больно мне нужно целый месяц дома торчать. Больше пользы принесу на свободе, верно?

— Правильно поступила. Умнеешь не по дням, а по часам.

— Ах, ты…! — возмущённо воскликнула Лида.

— Слушай, я сейчас смотрю на вашу с Ариной фотку, гдевы на пляже в замечательных купальниках, — не обращая внимания на сердитые нотки в голосе княжны, задумчиво проговорил я. — Вопрос появился. А кто фотографировал?

— Тебе понравилось? — игриво спросила Мстиславская.

— Очень, — честно признался я. — И ещё больше захотел стать собственником таких изумительных красоток.

Девушка звонко рассмеялась. Чувствуется, очень приятно ей слушать такие речи.

— Анжелика фотографировала, — отсмеявшись, ответила Лида. — Мы тогда в Химки на встречу с поклонниками её творчества ездили, ну и заглянули на пляж.

— А чей фотик?

— Мой. Да ты не переживай. Я этот снимок никуда не выставляла. Дура, что ли?

— Нет. Правильно. Держи подальше от чужих глаз и никому не показывай. Кстати, вот тебе и первое фото для будущего семейного архива.

Княжна рассмеялась:

— Как скажешь… Кстати, папа сегодня с Георгием Яковлевичем разговаривал насчёт тебя.

— Так… — я напрягся. — О чём говорили?

— Папа очень смеялся и довольно потирал руки. Сказал, что дядя Жора был очень возмущён твоим поступком. «Делайте с этим хулиганом, что хотите».

— Так и сказал?

— Отвечаю! — задорно ответила Лида.

— Хреново, — тоскливо вздохнул я. — Значит, сидеть мне до конца срока, от звонка до звонка.

Мстиславская снова расхохоталась. Пока она веселилась, я с ухмылкой мысленно поднял большой палец. Батя — молодец. Сразу дал понять, что одобряет мой поступок. Поэтому и не звонит, чтобы не зажечь во мне огонь гордыни. А ругать — какой смысл? Мы же понимаем правила игры и поступаем сообразно ситуации. Главное, я показал, что могу огрызаться, и очень больно.

— Ладно, сиделец, спокойной ночи. Мне тут Светка Булгакова через визор пробивается, пообщаться хочет.

— Привет ей передавай, — поспешил я закруглиться. По отношению к бывшей однокласснице чувствовал вину, что совсем забыл о ней. Как и об Илане. А ведь обещал быть рядом. Скотина бездушная. А с другой стороны… что-то много девиц стало вокруг меня крутиться. Надо уже определяться с их количеством.