Книга Вик Разрушитель 9, страница 146 – Валерий Гуминский

— Присаживайся, Жора, — с долей сочувствия сказал Иван Андреевич, показав на мягкое кресло, и своей рукой разлил коньяк по хрустальным рюмкам. — Давай-ка, выпей для начала, а потом поговорим. Всё равно мы ничего сейчас сделать не можем. Остаётся только уповать на профессионализм наших бойцов.

Георгий, дождавшись, когда хозяин Империи выпьет первым, опрокинул в себя пятьдесят грамм обжёгшего пищевод напитка и закусил тонкой пластинкой яблока. Выдохнул расслабленно, откинулся на изголовье кресла.

— Какие-нибудь подробности будут? — спросил Мамонов.

— Я думал, ты на меня с кулаками накинешься, орать станешь из-за пацана, — усмехнулся император.

— А смысл? Пока летел — перебесился. Да и не хочется такой красивый кабинет в хлам разносить. Победителей ведь не будет.

— Надо бы с тобой спарринг провести, — подмигнул ему Мстиславский, и тут же посерьёзнел. — Я был вынужден включить Андрея в спецгруппу воеводы Иртеньева, потому что без Антимага с террористами никто не справится. Захваченная яхта накрыта мощным магическим куполом. Порталы не открываются, блокираторы глушат любую активность чародеев.

— У Харальдадолжна быть привязка к жене, — припомнил Мамонов обязательную процедуру сопряжения аурных маячков между супругами королевской и императорской крови.

— Я же говорю, блокираторы работают на всех частотах: аурных, астральных, внешних, — поморщился Мстиславский и снова разлил коньяк по рюмкам. — Как я вижу решение задачи… Андрей пробивает магический купол, появляется на палубе яхты и мощным импульсом антимагии вырубает блокираторы. Следом за ним высаживается десант и начинается зачистка.

— Тогда начнётся обыкновенная заруба с применением огнестрельного оружия, — напомнил Георгий, сжимая пальцами тонкую ножку рюмки.

— Да, это самый сложный момент в операции, — кивнул, соглашаясь, император. — Но парня будут прикрывать пилоты из группы «Стилет». Я личным приказом вызвал самых опытных бойцов для выполнения задания. Да и сам Андрей не промах. Он уже обкатался в настоящих драках, имеет такой опыт, который даже молодым офицерам-дворянам не снился.

— Думаешь, успокоил? — Георгий опустошил рюмку, но закусывать не стал.

— Ничего я не думаю. Так было надо, Жора. Я готов принять твои претензии, что без согласования принял такое решение. Можешь ругать, материть, даже в морду дать — без удовольствия, но приму, ибо — заслужил. Но у нас не оставалось времени. Ультиматум уже выдвинули, часики тикают. А нам нужно привязать к себе необузданного викинга, который любит показывать, кто в Скандии хозяин, — Иван Андреевич тяжело вздохнул. — Пусть лучше воюет с хёвдингами, херсирами и лендорменами[5], проплаченными британцами, чем создаёт напряжение на наших северных границах. Матиаса Первого уже нет на свете, и я боюсь, что всеми договорённостями рано или поздно Харальд подотрётся. Нам на него нужна узда, крепкая и долговременная.

— Политическая выгода в размен на жизнь моего сына?

— Мы все служим Империи, — твёрдым голосом произнёс Мстиславский. — Никуда от этого не деться. Кто-то приносит пользу России в семнадцать лет, а кто-то до самой старости дурочку валяет. Твой сын — драгоценный алмаз без огранки, который упорно не желает граниться из-за своего упрямства и полученного в приюте своеволия, которое он считает свободой. Всё никак не могу найти ему ювелира.