Книга Вик Разрушитель 10, страница 167 – Валерий Гуминский

— Прости, не понял… Ты хочешь сказать, что у тебя есть аналитический отдел?

— Ну да. Формально он принадлежит «Бастиону», но раз я его хозяин, почему бы не использовать человеческий ресурс по назначению?

— Можно подумать, княжич Андрей Мамонов всерьёз решил стать самостоятельным, — пошутил отец Лизы.

— Почему бы и нет? Женюсь, объявлю о создании младшей ветви рода, — пожал я плечами. — С отцом по этому поводу у меня разговор уже был. Он не против. Я ведь самый младший из сыновей, с меня спрос небольшой.

— Значит, мы сейчас разговариваем с будущим Главой Рода? — не удержался от насмешки Артемий Степанович.

Эх, не воспринимают меня всерьёз!

— Надеюсь, что так.

Лиза при этих словах изогнула подведённые брови и с очень большим интересом, похожим на взгляд голодного хищника, поглядела на меня. А старший Оболенский, кажется, утратил ко мне интерес. Он вяло покопался вилкой в овощном салате, но бросил это дело, промокнул тонкие губы салфеткой.

— Ничего у вас не выйдет, молодые люди, — сказал Глава Рода, словно приговор вынес. — Система, в которую вы пытаетесь встроиться, слишком сложна. Рынок занят плотно, новичков туда не пустят. Если думаете, что Мстиславские станут этаким бульдозером, сметающим конкурентов с дороги, то ошибаетесь. Там, где коммерция с большими финансовыми потоками влияет на политику государства, она весьма устойчива.

— Вы сейчас про лоббирование своих интересов? — вежливо поинтересовался я. — Что получается: если я привлеку к проекту очень серьёзных людей, заручусь их поддержкой в Думе, то могу смело выходить на рынок? И какими бы монстрами не казались корпорации, имею шанс пододвинуть кого-то из них?

— Направьте свои усилия на другие проекты. Находить музыкальные талантыу вас лучше выходит, — скривил губы старший Оболенский. — Кстати, учитывайте такой момент, как сманивание лучших специалистов. Я не угрожаю, а предупреждаю, что подобное может произойти. Людям всегда свойственно искать лучшее место. И они будут интересоваться, а какое жалование получают спецы их профиля в «Имперских Доспехах», например.

— А почему вы упомянули именно «Доспехи», а не своё детище? — всё же молодость имеет изъяны в психологической устойчивости. Слова князя Артемия меня зацепили. В открытую насмехается, что будет уводить у меня людей. — Или вы считаете себя непогрешимыми? Отнюдь. В одной стае крутитесь. Ну да ладно, спор наш пустой. Меня другое интересует, — я отложил вилку в сторону. — Почему вдруг возник такой интерес к неработающему ещё заводу? К чему попытки создать корпоративный альянс с «Технобронёй»? Чтобы противодействовать клановому союзу? Господин Шульгин проявил бестактность по отношению ко мне — это одно. Но когда при мне начинают сманивать ценнейшего специалиста, причём, в открытую его мотивируя — это уже совсем другая песня. Вы же играете открыто и широко, пользуясь своим весом. Это как в боксе, когда против новичка выставляют матёрого бойца.

Арина слегка порозовела. Мой намёк был очень жирным и прямым, как удар копья. Артемий Степанович ухмыльнулся, поняв его. Развёл руками.

— Вспыльчивость, Андрей Георгиевич, самый плохой союзник в переговорах, — сказал он назидательно. — Тебе нужно научиться держать удар, мой мальчик. Я же тебя провоцировал, а ты холку встопорщил…