Книга Вик Разрушитель 11, страница 262 – Валерий Гуминский

Девушки молчали, сжимая в руках бокалы. Изредка пощёлкивали дрова, выбрасывая в дымоход искры. Я сделал пару глотков, промачивая горло. Правильно ли поступаю? Зачем им столь длинный пролог? Нет, это надо не им, а мне. На сердце стало спокойнее, и дальше я говорил уже без долгих пауз:

— Потом оказалось: я не Викентий Волховский, чью фамилию ношу не по праву родства, но всего лишь по прихоти владелицы приюта, а княжич Андрей Мамонов, ставший камнем преткновения между моими родителями и родственниками, ещё даже не начав толком жить. Когда же меня нашла мама, а потом и отец, я уже точно знал, как мне быть дальше. Поэтому и остался в Москве, не уехал в родовое гнездо в Якутии. Отец мой выбор не одобрил, но чувство винызаставило его искать иные пути заново обрести своего сына. Ему ничего не оставалось, как принять моё взросление без родительского догляда. В столице я обрёл друзей, ну и без опекунов не обошлось. Куда же без них? Те, кому интересен мой Дар, никогда обо мне не забудут. Я, если честно, не думал о семейной жизни. Для меня она казалась далёким, ещё не изведанным испытанием. Хотелось наслаждаться свободой, как многие молодые аристократы, и лет эдак до двадцати пяти не усложнять себе жизнь семьёй. И тем неожиданнее оказалось, что у меня может появиться любимая девушка, а то и не одна, и с ними предстоит строить отношения, создавать семью, воспитывать детей…

Девушки заметно напряглись. Нина быстро допила шампанское и сжала пальцами бокал, рискуя раздавить хрупкое стекло. Астрид превратилась в изящную ледяную скульптуру, тщательно прячущую эмоции. Лида в волнении то и дело облизывала языком губы. Лишь Арина внешне оставалась невероятно безмятежной и расслабленной.

— Может, я кого-то из вас обижал своим невниманием, показывал себя «сухарём», не смог сказать вовремя важное слово, или оказался совершенно не романтичным человеком… Так и все мы не совсем обычные люди. Мы принадлежим высшему сословию, где романтика не всегда играет важную роль. Но знайте, что вы все мне до́роги, я вас люблю, несмотря на различные обстоятельства, которые свели нас вместе.

Нина шмыгнула носом, а от Астрид повеяло холодком, который она тут же постаралась развеять. Не выдержала девочка, разволновалась, отчего неконтролируемый выброс магической энергии, едва сформировавшийся, был нещадно уничтожен сидевшими рядом антимагами Ариной и Ниной. Принцесса смущённо прикрыла ладошкой рот, захлопала ресницами. Она даже не поняла, что сейчас произошло, скорее, подумала, что это я нейтрализовал плетение.

— Я долго думал, как буду говорить это каждой из вас по отдельности, что было бы правильнее, и раз за разом откладывал на потом, но послушал своё сердце, — я повернулся спиной к разволновавшимся красоткам, поставил бокал на каминную полку и взял две коробочки: голубую и красную. Раскрыл их, и пока поворачивался, умудрился ловко завести руки за спину. Моё мальчишество девчата заметили и заулыбались.

Встав на одно колено, выставил перед собой коробочки:

— Астрид из Рода Инглингов, Лида из РодаМстиславских, согласны ли вы выйти за меня замуж?

— Да! — даже не раздумывая, вскочила Великая княжна. — Андрей Мамонов, я согласна стать твоей женой! Ой, мамочки!

Истинная «огневик», проявив свой темперамент, сделала порывистый шаг мне навстречу, но остановилась, мудро ожидая ответа Астрид, потому как я до сих пор стоял коленопреклонённый.