Книга Вик Разрушитель 11, страница 181 – Валерий Гуминский

— А как же король Матиас? — решил я спровоцировать Олафа. — Ведь это в его правление появились столь чудесные артефакты и инсталляции. Опять же, Звёздный Зал…

— Знаешь ли ты, Андрей, почему наш отец решился на публичную казнь Матиаса? — кронпринцу было неприятно вспоминать факт этого события, но он всё же не стал уходить от темы.

Я попытался вспомнить рассказ Лутошина, когда ехал на «Скандинавском экспрессе» из Новгорода в Москву вместе с отцом Светы Булгаковой.

— Говорили, что Харальд захотел сесть на трон, считая себя более достойным власти. По древним законам бросил вызов и срубил голову старику.

Олаф фыркнул, покачался с мысков на пятки и обратно.

— Вот так просто заявился на тинг, бросил вызов Матиасу по древнему обычаю, и убил его? Неужели в эту чушь верят?

— Ну… я охотно выслушаю другую версию, — обернувшись, я убедился, что рядом с нами никого нет. Официанты заканчивали накрывать фуршетный стол, из соседнего зала доносилась очередная залихватская песня. — Пусть она и не согласуется с версиями «цивилизованных» стран.

— Матиас вёл переговоры с британцами на разработку концессий, — глухо проговорил Олаф. — В большей мере — лесных. Карелия, Суоми богаты лесами. Представляешь, какая прибыль ожидалась? А мы точно знаем, что островитян нельзя пускать к природным богатствам. Пусть у себя рубят, сколько душе угодно. Хоть всю Британию в пустыню превратят, жалеть не будем. Оппозиция во главе с кланом Инглингов долгое время ставили заслон подобным инициативам от Матиаса, готового целоваться с англосаксами за возможность «приобщиться к цивилизационным ценностям», — отвращение на лице кронпринца было самым неподдельным. — Тем не менее, ему удалось провести несколько законов, упрощающих процедуру регистрации иностранных компаний. Сюда и французы с чего-то нос решили сунуть, ну и датский король Магнус стал суетиться. Кроме леса у нас много полезных ископаемых, что тоже привлекало богатых промышленников из Европы. Отец понял: надо торопиться. Закон в риксдаге[4] уже прошёл третье чтение и должен был бытьподписан со дня на день. А идею парламентаризма Харальд Свирепый всегда отрицал, подозревая многих депутатов в лоббировании нужных Матиасу законов. При поддержке многих аристократических семей он организовал тинг… ну а дальше началась другая история Скандии.

— А желание датского короля женить своего сына на Астрид — из этой же оперы? — догадался я.

— Верно, — кивнул Олаф. — Когда отец пришёл к власти, Магнус едва ли не сразу начал продвигать идею свадьбы. И ведь как-то умудрился уговорить короля Харальда. Пойми, Андрей, это политика. Чтобы получить свою выгоду, нужно уметь отдавать что-то ценное. Отец с большим нежеланием согласился отдать Астрид за Фредерика. Он её очень любит. Единственная дочка, красавица… скажи, ведь так?

— Да, — не стал отрицать я очевидное. — И очень удачно подвернулся захват «Северной Звезды».

— Как сказать, — снова покачался Олаф, после чего продолжил неторопливо двигаться вдоль стен, на которых были высечены барельефы видных деятелей Скандии прошлого, от воинов до политиков современности. В этом тоже был какой-то смысл. Не портреты, а увековечивание в камне. Хотя и камень не вечен. — Сложись всё иначе, не познакомился бы ты никогда с Астрид. Отец несколько раз предлагал Магнусу вычистить Балтику от пиратов, но тот по разным причинам отказывался вступать в военный союз. Думаю, всё банально просто. Нет у датчан опытных спецподразделений для подобных акций. Жертв было бы много. Да и база «Корсаров» почти под боком Дании. Они уже продемонстрировали, что будет, если Магнус вздумает присоединиться к Харальду. Два года назад в Копенгагене произошло несколько терактов. Рынок, торговый центр, машина одного из высокопоставленных военных вместе с хозяином, офис крупной грузовой компании… Я понимаю Магнуса, и нисколько его не осуждаю. Быть сильным — не только привилегия, но и огромная ответственность.